–  Виктор, это не сработает. Темплтон - оба Темплтона, что Авраам, что Гидеон - наверняка поддерживали связь со своими людьми на "Фелисии III". Нельзя сказать, что мы единственные в галактике обладатели персональных коммуникаторов.

–  Не волнуйся об этом, - последовал немедленный ответ.
– Как у тебя дела?

–  А. Э-э, забыла сказать. Всё нормально. Мы только что прикончили Авраама и его людей. Всех, за исключением одного, который полез в вентиляционные каналы после побега принцессы.

Она расслышала его смешок.

–  И почему я не удивлён? Причём, могу добавить, сразу двумя обстоятельствами. Первое из них то, что ты настолько смертоносна, насколько и заявляла. Но, как ты и сказала: я не буду указывать тебе, как калечить людей, ты не будешь указывать мне, как плести махинации. Танди, я рассчитываю на то, что люди Темплтона на "Фелисии" будут знать, что всё пошло не так. Но главное, чтобы они не знали в точности что, как и почему. Могу ли я полагать, что ты не дала Аврааму времени передать связное сообщение?

Танди испытала одновременно смущение и радость. Смущение из-за собственных действий; радость от того, что мужчина, фантазии на чей счёт одолевали её всё чаще - одна из них, вообще-то, обрушилась на неё в этот самый момент - всё-таки оказался не прожектёром.

"А преследование на карачках отчаянного преступника по системе вентиляции - неподходящее время для фантазий. Идиотка".

–  Ладно, - резко произнесла она, маскируя смущение.
– Что там за второе обстоятельство?

–  Антон Зилвицкий не перестаёт преподносить сюрпризы. Вторая девушка - та, которую Темплтон оставил в игорном зале - пришла в себя. С ней ничего серьёзного, максимум лёгкое сотрясение. Но она в здравом уме, могу заверить. И получается так, что это она - мантикорская принцесса. Та же за которой ты гонишься - Берри Зилвицкая.

И снова она расслышала смешок Виктора.

–  А я могу сказать - исходя из опыта - что девочки Зилвицкого в туннелях могут устроить чёрт знает что. Удачи, Танди.

Так что лейтенант Палэйн поползла дальше, решительная, непоколебимая, сжимающая пульсер в кулаке. Никто, глядя на неё, не мог бы предположить, что одновременно с этим она была погружена в настоящий каскад красочных фантазий.

Возможно, за исключением Виктора Каша - которому всё труднее становилось бороться с эффектами, которые меццо-сопрано оказывало на его нервную систему. Но в данный момент у него было то преимущество, что перед ним находилось нечто куда более живое, чем однообразный, выкрашенный в серый цвет вентиляционный канал.

Никто иная, как мантикорская принцесса. Причём в совершеннейшем бешенстве.

–  И не пытайтесь сказать, что не могли остановить их! Я не идиотка, вы, как вас там, и если вы могли перебить всех тех ублюдков вокруг стола так, как вы это сделали - я, знаете ли, сидела под столом и видела, как они валились как кегли - и хватит уже намёков на сотрясение мозга! я просто слегка ударилась головой!
– значит вы могли всех их упредить! Прежде, чем они убили моих людей! Прежде, чем они схватили Берри!

Следующая фраза прозвучала рыданием:

–  Лучшую подругу, что у меня когда-либо была!

Виктор решил, что дипломатия тут бесполезна. Девушка практически подскакивала от ярости.

–  Разумеется, мог. Но зачем мне это было делать?
– спросил он в лоб. А затем высокомерно кивнул: - Пожалуй, мне следует представиться ещё раз. Поскольку вы, похоже, забыли…

–  О.

Удивлённо открывшийся рот принцессы убрал с её лица гневное выражение.

–  О. Вы - Виктор Каша. Я вас не узнала. Вы выглядите… изрядно по-другому, чем было у Штейна на, э-э, похоронах.

Впрочем, принцесса явно быстро справилась с удивлением. И гневное выражение вернулось.

–  Точнее говоря, - рявкнула она, - вы казались куда более милым человеком. Чем теперь. Бесчувственный мерзавец!

К счастью для Виктора, в этот момент появилась Джинни. Исчезала она ненадолго для того, чтобы попытаться привести свой наряд по возможности в порядок. Тот, само собой разумеется, никак не был предназначен для использования на поле боя.

–  Он всё тот же, - с улыбкой заявила она.
– Просто он слегка страдает раздвоением личности. Есть Милашка Виктор, мягкий, как плюшевый медвежонок. А есть…

Улыбка исчезла, и Джинни окинула Виктора таким взглядом, словно тот и правда был бесчувственным мерзавцем.

–  А есть и этот парень. Кошмар Макиавелли. Пятый Всадник Апокалипсиса. Каменное лицо и ледяное сердце.

Она пожала плечами. А затем, в своём неподражаемом стиле молниеносно сменив настроение, ласково улыбнулась и слегка пощекотала его пальцем.

–  Что бы он без меня делал?

С той же ласковой улыбкой она повернулась к принцессе.

–  Впрочем, вам возможно стоит говорить слегка потише. Бесчувственного мерзавца можете ругать сколько вашей душе угодно. Но если просочится, что девушка в руках у Темплтона на самом деле не вы…