"Могла бы ещё быстрее, - кисло подумала она, - если бы мне не приходилось беспокоиться о кучке одержимых честью кретинок, настаивающих на том, чтобы идти за мной по пятам. А, ладно. Просто поднажми ещё чуток, девочка".

Мысль была достаточно кислой, чтобы придать едкость последнему её приказу.

–  Что до всех остальных, просто идите за мной и делайте что необходимо. Предупреждаю - если хоть одна из вас начнет наступать мне на пятки и тем самым тормозить меня, я сверну ей шею. Клянусь.

Единственным ответом ей были многочисленные улыбки. Танди фыркнула, поднялась с корточек, словно тигрица выпрыгивающая из засады, и метнулась за поворот.

Опасности, что кто-то из амазонок будет наступать ей на пятки, не было никакой. Удовлетворившие свою гордость женщины были достаточно разумны, чтобы понимать, что просто будут мешать Танди, если будут слишком уж жаться к ней.

Но это бы у них в любом случае не получилось. Амазонки не наблюдали собственными глазами, как она убивала в трубе Эпсилон, видели только результат. Так что им не приходилось видеть, как она двигается на предельной скорости.

Теперь увидели, и даже их это повергло в изумление. Амазонки не преодолели и половины дистанции до люка, как Танди уже нырнула в него и оказалась на мостике. На пятки ей наступал пронзительный клич восхищения и триумфа:

–  Большая Кайя! Убей их всех!

Последний час Виктор постоянно следил за люком. Краем глаза, поскольку не мог себе позволить продемонстрировать эту заинтересованность в открытую.

К настоящему моменту он чувствовал, что его внимание притупляется. Не столько из-за нагрузки, вызванной попыткой следить за люком не подавая вида, сколько из-за усилий, прилагаемых чтобы не дать совершенно абсурдному нагромождению лжи, полуправды и откровенной чуши рухнуть под собственным весом.

А он был уверен, что обрушение это неизбежно приближалось. Даже масадцы, сколь бы склонны они ни были видеть повсюду заговоры, уже проявляли заметную подозрительность.

–  Это не имеет смысла, Каша, - заявил Кюблер, практически прорычав фразу. Не то чтобы подняв при этом пульсер, но рукой дёрнув.
– Вообще-то, мало что из того что ты тут наговорил…

Голова Кюблера взорвалась.

Несмотря на то, что Виктор следил за люком, он так и не заметил, как тот бесшумно распахнулся. Как и никто другой. Всё внимание было сосредоточено на очевидно нарастающем между ним и главным масадцем напряжении. Из-за чего внезапно брызнувшая во все стороны кровь возымела только более ужасающий и ошеломляющий эффект.

Какую-то долю секунды, как и все масадцы, Виктор просто пялился с отвалившейся челюстью на демона, влетевшего на мостик с пульсером в руке. Затем - он с самого начала готовился к этому, в отличие от масадцев - Виктор вскочил на ноги и ринулся вперёд.

Отталкивать Кюблера в сторону не было необходимости. Первый же выстрел Танди сделал это за него. Точнее - первые три выстрела. Каким-то образом она положила все три дротика в голову Кюблера, даже не оцарапав Виктора.

Она продолжала стрелять, не вставая в стойку, но прямо на ходу, перемещаясь по мостику прыжками. Двигалась она так быстро, что казалось, что работает стробоскоп. Прыжок-прыжок-остановка-огонь; прыжок-прыжок-остановка-огонь. Каждый раз очередями по три выстрела. Пульсер в её руке ловил цели словно направляемый роботом, или одним из легендарных стрелков из древних фильмов, виденных Виктором.

Плохих фильмов. Глупых фильмов, в которых герой выступает против полного салуна головорезов, и ни разу не промахивается.

Виктор едва не расхохотался, когда этот образ промелькнул у него в сознании прямо посреди отчаянного броска к той единственной цели, которая была для него важна.

Убрать того ублюдка ПРОЧЬ от кнопки. Погибнуть, если придётся… но убрать его прочь.

Позднее он понял, что всё происходящее заняло не более нескольких секунд. В тот же момент казалось, что его бросок к сидевшему возле кнопки масадцу длился вечность. В конце концов он взмыл в прыжке, с единственной целью: схватить этого человека и повалить на палубу прежде, чем он уничтожит их всех.

В этот момент Виктор ощутил ликование. Масадец был не менее других потрясён внезапным появлением Танди. Виктор видел, как у него на лице начинает проявляться решимость, когда осознание вытеснило удивление. Но даже масадец не смог совершить самоубийство без мгновения колебаний - а этого мгновения у него больше не было. Виктор дотянется до него вовремя, и как бы тот ни трепыхался, Виктор был вполне уверен, что справится с масадцем. Тем более что сила его броска даст ему преимущество.

Так и получилось. Но справляться с кем-либо уже не было нужды. Когда Виктор выбил масадца из сиденья и повалил на палубу, он сжимал в захвате труп. В последнюю долю секунды он видел, как лицо оскалившегося фанатика исчезает во взрыве брызнувших во все стороны крови, мозга и мельчайших осколков кости.

Ещё одна очередь, понял он и скривился, влетев головой вперёд в разлетающееся облако ошмётков, которые когда-то были головой этого человека. А потом, растянувшись на полу поверх мертвеца, Виктор в основном испытывал только озадаченность. Как это удалось сделать Танди… опять-таки даже не оцарапав его?

–  Идиот, - буркнула она, поднимая его на ноги за шиворот.
– Самой большой моей чёртовой проблемой было не убить тебя. Ты даже хуже амазонок.