– Давай без глупых вопросов, малыш. Я не хочу врать, а если вдруг и отвечу правдиво – ты все равно мне не поверишь, – я на мгновение замолчал. Мне самому не понравились эти слова, но отступать было поздно, поэтому я вместо того, чтобы закончить отповедь окончательной ложью, как можно легкомысленней бросил: – Тем более мы уже пришли.

Мейлон сбитый с толку такой сменой темы, удивленно осмотрелся и, заметив сине-белые стены Храмы прямо перед собой, остолбенел. Вот и хорошо, пусть отвлечется. А мне надо подумать…

И не мешало бы напомнить себе, что с Рыжиком мне сближаться не стоит. Этот мальчишка может оказаться намного опаснее Рейма.

Судьба любит шутить над людьми. И больше всего обычно достается ее любимым игрушкам.

Я никогда прежде даже мысли не допускал, что когда-нибудь окажусь в Даризи. И уж, конечно, не думал, что посещу это место…

Храм…

Я задумчиво провел рукой по белой с синими вкраплениями стене, мысленно приветствуя это древнее сооружение. Камень казался теплым и живым. Впрочем, именно так оно и было…

Вот оно начало всех начал – у меня под рукой. Я чувствую легкое биение жизни и ровное ласковое тепло. Хочется прислониться лбом к стене и стоять так вечность, впитывая странную тишину этого места, разделяя жизнь с камнем…

Dha'rise.

Только благодаря этому месту мы живем. Все населяющие эту планету расы вышли из этих стен. Даже мы. Особенно мы. Верные псы тех, кого теперь называют просто Изначальными, или Ушедшими, богами…

Храм…

Забавное слово. Оно так идеально подходит этим стенам, и в то же время совершенно не передает сути. Здесь не молились – создавали. Когда-то очень давно. Но прошедшие годы не оставили следа на этом строении, сохранив его в первозданном виде. И если знать все тайны этого дома, если уметь находить в неправдоподобно-длинных запутанных коридорах верную дорогу, то можно выйти к святая святых – к лабораториям… Я не знаю, но оказаться здесь – это все равно, что побывать на родине, вроде бы давно забытой, но бережно сбереженной в самом дальнем уголке сердца…

Но ведь не желание побывать у истоков привело меня в этот город. И не договор с Рыжиком, что бы там не думал мой наниматель. Я пришел сюда только потому, что возможно здесь я смогу найти ответ на давно мучающий меня вопрос: что я такое? Почему Ими была создана возможность моего появления? Ведь не могли же Изначальные не понимать, к чему это приведет!

Старый вопрос. И рана тоже старая.

Но я уверен, что здесь есть все ответы. Ведь, если быть откровенным с самим собой, то именно из-за этой призрачной надежды когда-нибудь добраться до архивов Dha'rise я и начал интересоваться древним наречием. И даже если эти ответы не принесут мне ничего нового, я просто должен попытаться, должен узнать. Все.

"Владыка…" – ледяной щуп Даризи коснулся моей кожи, создавая между нами устойчивый ментальный канал.

"Я слушаю вас, danely", – без промедлений откликнулся я.

"Скажите, я могу вам доверять?" – легкая неуверенность, но в тоже время чувствуется какая-то потаенная надежда.

"Разумеется, danely. Я буду рад услужить вам".

"Я так поняла, что ты способен управлять внешней системой".

Так это что получается? "Приветствие" у ворот было всего лишь проверкой? Любопытно.

"Немного. К сожалению, я не оператор, да и учил меня господин, знающий только основы этого во всех отношениях благородного ремесла".

"Я помогу, если возникнет такая необходимость", – непреклонно заявила она, – "Дело в том, Владыка, что я потеряла связь практически со всеми системами города…" – последняя фраза прозвучала так тихо, что я едва ее различил в водовороте собственных мыслей.

"Но это же невозможно!"

Сколько себя помню, мне все время твердили на все лады, что системы, оставшиеся от Изначальных, неуничтожимы, потому что способны самовосстанавливаться. Они же вечны!

А теперь выясняется, что мы верим в миф.

"Вы правы без вмешательства извне, это было бы невозможным…" – хоть одна приятная весть, – "… но, видите ли, среди моих детей есть и те, что могут воздействовать на систему. Такие же как ваш спутник".

"Операторы Ордена?! Но зачем?.."

Зачем было превращать в монстров тех, кто был способен вернуть утраченное знание миру? – я не задал этот вопрос вслух, но думаю, Даризи и так поняла, что я хотел сказать.

"Мне очень хотелось оставить их здесь. Они были бы полезны. Я надеялась, что они позаботятся о городе, но вместо этого… они где-то ошиблись – не намеренно, нет. Но когда я обнаружила закравшуюся в расчеты ошибку… они уже не те люди, что были. Их теперь не интересуют внешние системы города. Они все помнят, но не видят смысла что-либо исправлять… Так ты поможешь мне, Владыка?"

"Я сделаю все, что будет в моих силах. Но для этого мне понадобиться время, а Рыжик…" – я не знал, как мне передать словами свои опасения. Я доверял Мейлону, иррационально, безотчетно, но доверял. И мне все время приходилось себя одергивать, напоминать, что этот полукровка неучтенный фактор и не ясно какую роль он играет во всем этом.

"Будет спокойно спать", – уверила меня Даризи, а потом, насмешливо фыркнув, продолжила, словно бы ни к кому не обращаясь: – "Забавно, вы, Двуцветные, почему-то всегда цепляетесь к ифритам. Иногда кажется, что вы и не видите в этом мире никого другого. Впрочем, этот мальчик интереснее своих предшественников. Забавнее…"