Ей предложили огромного железного урода, в ржавчине и зазубринах, длиной едва ли не в ее рост. Она охнула, попробовав меч на вес.

– Я его даже поднять не могу! Не то что размахнуться…

Малинда с трудом воздела меч, держа его обеими руками, и кухонные мальчишки ринулись врассыпную.

Лотэр захохотал.

– Вы должны попасть в сердце. Отрубленная голова для заклинания не нужна.

У волшебников очень странное чувство юмора.

– А почему таким тяжелым?

– Вы должны связать человека его же мечом, а для Пса сделали настоящий палаш. Попробуйте с рукавицей. Если будете держать меч левой рукой, то может получиться. Сейчас лезвие не острое, но к вечеру его наточат как бритву…

Они вышли во двор, где гвардейцы и кандидаты звенели сталью, раздавая инструкции и отпуская шутки. Диана сидела поблизости, на свежем воздухе.

Рядом с ней стоял широкоплечий беловолосый парень.

– Вы сумеете пронзить меня сегодня вечером, принцесса? – прорычал он, увидев Малинду.

Интересно, у Пса действительно такой голос, или он изображает жуткий рев, чтобы соответствовать имени? При свете дня она поняла, что вчера ее поразило в его взгляде – очень бледная, почти белая радужка. Ресницы были такого же цвета, как волосы. Он казался слепым.

– Не смей говорить так с ее высочеством! – закричал Магистр Ритуалов.

– Пускай она скажет, если ей не нравится.

И ни малейшего намека на улыбку, ни малейшего.

– Я предпочитаю, – спокойно проговорила Малинда, – чтобы ко мне обращались в более официальной манере.

– Как вашей милости угодно, – ответил Пес, кланяясь. – Если ваше высочество желает потренироваться на живом теле, я не против пойти сегодня первым.

– Ох, Пес, веди себя прилично! – чуть не простонал магистр Лотэр. – Он всегда такой, ваша милость. Его тысячу раз предупреждали, так что если вы не хотите взять…

– Нет! – зарычал Пес. Он упал на колени и протянул молитвенно сложенные руки. – Я всего лишь пытаюсь быть полезным вашему высочеству. Просто предлагаю себя первым, если вы сначала ошибетесь.

Сэр Лотэр покачал головой.

– Я прошу прощения у вашей милости. Он говорит серьезно. Мы ничего не можем поделать. Мы испробовали на нем все записанные в книгах наказания, а ему все безразлично. Боюсь, Пса можно или взять, как есть, или не брать вообще.

– Он не опасен?

– О нет. Он никогда никому не сделал больно, хотя в принципе может всем нам переломать кости. Я скорее опасаюсь, что он не сумеет поразить настоящего врага… Решать вам, ваше высочество.

Пес опустился еще ниже, как будто желая поцеловать землю.

– Пожалуйста, пожалуйста! Я стараюсь. Я все время стараюсь.

– Продолжай, и мы посмотрим, – слабым голосом сказала Малинда.

Сэр Лотэр вздохнул.

– Уж такой он есть. Идемте в Кузницу, ваша милость.

На первый взгляд Кузница казалась всего лишь низким, заросшим мхом сараем с маленькими остроконечными окошками; ее основная часть находилась внизу. К подземной крипте вела лестница. Потоки весенних вод текли из восьми каменных устьиц, обегали зал по периметру и с журчанием скрывались в водостоке. В пяти очагах пылал огонь, три оставшихся едва тлели. По стенам висели клещи, щипцы и молоты, на полу стояли корзины с рудой, восемь больших наковален, расставленных по кругу, лежали слитки металлов и различных сплавов – все эти предметы говорили о том, что именно здесь создаются знаменитые мечи с кошачьим глазом. А на девятой наковальне, огромной железной пластине в центре, юноши превращались в Клинков. Выложенная белыми плитами октограмма содержала все восемь обычных знаков.

– Теперь вы должны медитировать, – бодро сказал Магистр Ритуалов.

Малинда поежилась от холода.

– О чем медитировать?

– О чем угодно. В книгах особо не указано. – На его очках блеснул красный огонек. – Думаю, это делается для того, чтобы кандидаты не могли пожаловаться, что им не дали времени на размышления.

Хохотнув, он поклонился и стал подниматься по ступеням.

Малинда пошла к самому жаркому очагу. Винтер, Абель и Одлей разделились, и каждый постарался устроиться поудобнее у огня. Пес остался на месте, не отрывая глаз от принцессы.

– Я нужна вам? – спросила Диана, неприязненно озираясь вокруг. – Потому что если нет, ваше всемогущее высочество, то я отправлюсь обратно в постель, гм… одна, – добавила она со слабой тенью прежней усмешки. – В самом деле.

– Принеси мне плащ и можешь идти.

О чем еще медитировать, кроме как о будущем, которое она не способна предсказать ни на день вперед?

Вскоре пришел магистр Оружейник и спросил каждого кандидата, как он хочет назвать свой меч. Когда он удалился, делать снова стало нечего. Примерно через час Малинда поняла, что больше не вынесет такой скуки, и подошла к ближайшему Клинку. Это оказался Абель. Он поднял на нее огромные глаза и зашевелился, собираясь встать.

– Нет, сиди, – сказала она и опустилась рядом. – Скажи мне, почему ты выбрал такое имя.

Он заколебался.

– Ну, ваша светлость… Оно звучит красиво. Респектабельно. В Ордене уже было пять Абелей, но давным-давно, и никто из них не попал в «Литанию».

– Хочешь стать первым?

Он широко усмехнулся.

– Может, мне повезет.

– Да, резонно. А как ты назовешь свой меч?

– «Жаждущий».

– Мне понадобится командир для моей Гвардии. Скажи, почему я должна назначить именно тебя, а не кого-нибудь другого?