– С вашего позволения… – начал Одлей. – Я считаю обязательным немедленно установить правила Шиан. Сэр Пес, сэр Винтер, ступайте.

Без единого слова двое исчезли в разных направлениях.

– Что такое «правила Шиан»? – спросила Малинда.

– Так говорят в Айронхолле, ваше высочество.

Она зашагала дальше, окруженная с двух сторон Одлеем и Абелем, а позади шли девицы.

– А теперь объясните.

– Правила Шиан появились после ареста королевы Шиан в 361 году.

Шиан обезглавили по обвинению в государственной измене за то, что ее нашли в постели с сэром Вивьерной, однако королевской дочери подробности не сообщались даже до сих пор.

– Я точно не знаю, как именно арестовали королеву.

– Это печальная история, миледи.

– Пожалуйста, расскажите мне.

– У нее было четверо Клинков.

– Это я знаю.

– Все они полегли у ее ног, – мрачно проговорил Одлей. – На траве вокруг нее, все четверо в один миг. Королевские Йомены расстреляли их из засады. Ошибка была в том, что они представляли единую мишень.

Малинда в ужасе остановилась.

– О духи! Мой отец отдал такой приказ?

– Быть может, не именно такой, ваше высочество, но если он велел арестовать даму, то прекрасно знал, чем все закончится. И Айронхолл ввел правила Шиан, хотя, кажется, сейчас они используются впервые. Теперь мы не должны будем находиться вчетвером в одной комнате и есть с одного блюда.

Она посмотрела на Абеля, который выглядел далеко не так бодро, как обычно.

– Ты тоже все это знаешь, да?

Он кивнул.

– Стандартное обучение. Все записано в «Литании».

Она была просто слепой и очень эгоистичной идиоткой.

– Когда я приехала в Айронхолл, вы прекрасно знали, что я уже могу находиться под подозрением в убийстве моего отца и в организации Уэтшорской резни. Вы предполагали, что мне понадобятся Клинки для защиты от ареста?

– Мы знали.

– И вы все равно согласились на Узы? Все вы!

Абель выжал слабую улыбку.

– Наш долг, миледи.

Она вздрогнула. Сэр Роланд и сэр Пьерс в ее интересах вели себя более чем жестко. Великий Магистр пытался уберечь своих юных учеников от ее когтей. Конечно, она собиралась все им объяснить и предоставить шанс отказаться, но тут этот безумец вырвался вперед, и все они слепо пошли за ним.

– Я очень благодарна вам, – проговорила Малинда и вновь заторопилась к себе в комнаты.

Зря она критиковала Абеля и Винтера за их похождения. Храбрости должно воздавать по заслугам. Связавшись Узами, Клинки взвалили на себя непомерный груз и заслуживали всяческих поощрений.

Дождь прекратился. Малинда весело предложила всем отправиться на конную прогулку в парк. Все знали достаточно и немедленно согласились. В конюшню отправили пажа, а вес пошли переодеться. Паж вернулся и сказал, что у начальника конюшен свободных лошадей нет.

Вскоре сэр Одлей отозвал принцессу в сторонку и спросил, не желает ли она, чтобы он организовал побег по реке.

– Побег откуда? – спросила она. – И куда? Это будет расценено как признание собственной вины. Я не могу бросить брата.

Малинда пошла проведать Амби, и ей сообщили, что с этих пор, кроме Королевской Гвардии, никакие Клинки не допускаются к его величеству по приказу Совета.

Нет Клинков, нет принцессы.

Итак, принцессу посадили под домашний арест, и на протяжении следующих нескольких дней лорд-протектор оказывал на нее все большее давление простейшим образом – ничего не предпринимал. Именно так стоило понимать образовавшуюся вокруг Малинды пустоту, и она не слишком страдала из-за отлучения.

Двор в трауре представляет интереса не больше, чем снежный сугроб, к тому же многие благородные семьи не разговаривали с принцессой, виновницей Уэтшорской резни. Многие избегали ее, потому что лорд-протектор вполне ясно дал понять, откуда ветер дует.

Ей отказывали в малейших просьбах или их вовсе не замечали; кушанья приносили слишком поздно и совершенно остывшими; настройщик клавикордов на вызов не явился; вместо восковых свечей поставили обычные из животного жира. Все это, конечно, мелочи, но и такая ерунда ужасно нервирует. Руби и Алис заявили о веских причинах, которые вынуждали их срочно посетить свои семейства, и попросили разрешения покинуть двор. Малинда отказала и стала ждать, что последует дальше.

А последовал вызов от лорда Гренвилла. Встречу он назначил на библиотечной террасе.

Стояла весна, и в воздухе витала смерть. Солнце освещало бабочек и настурции; птицы пели о любви и измене. Малинда шла по поросшим мхом каменным плитам и чувствовала, что где-то поблизости – может быть, на крыше, или за колоннами, или в беседках – стоят лучники со стрелами на тетивах. Одлей и Винтер могут пасть мертвыми в любую секунду.

Гренвилл ждал ее у балюстрады, обернувшись к реке спиной. Он широко расставил ноги, а руками уперся в бока и в таком виде ужасно походил на своего отца – только моложе, здоровее и суровее. Ни оружия, ни спутников при нем видно не было, хотя это ни о чем не говорило.