– Ну, я еще пока ничего для вас не сделала. Свои расценки я вам, конечно, назову, а вы уж решайте, устроят вас такие условия или нет. Я же хочу вас успокоить и сказать, что со своей стороны постараюсь сделать все возможное, чтобы вашего мужа выпустили. Но, как вы сами понимаете, гарантировать я ничего не могу. Хотя, пока что провалов в моей практике не было, но, сами знаете, все когда-то случается в первый раз.

– Я понимаю, – кивнула Марина.

– А вы, если хотите помочь своему мужу, расскажите мне сейчас вот о чем, – попросила я. – Опишите мне круг общения вашего Левы Маркова – до его отъезда в Германию. И еще меня интересует, не было ли у него недоброжелателей или должников вроде вас? А также – что вам известно о его делах в Германии?

– Я сразу же отвечу на ваш последний вопрос, – сказала Марина. – О его делах там нам почти ничего неизвестно, кроме того, что он получил квартиру, жил там вместе с мамой и работал таксистом. Об этом знали все. Кстати, лучше всех осведомлен об этом Сева Гайворонский, он переписывался со Львом. Вы, наверное, так и так собираетесь с ним встретиться?

– Непременно, – подтвердила я.

– Хорошо, теперь о компании Левы. Я начну с описания Севы. Он человек очень экстравагантный и непростой. Многим непонятно его поведение, манеры общения, часто наигранные. Так что будьте уверены: встретит он вас, скорее всего, напыщенно и высокомерно. Говорит он зачастую неестественным утробным голосом, пытается иронично острить, что ему плохо удается, и постоянно твердит о том, какой Лева замечательный и как он его любит. Вернее, уже любил...

– Он что... – Я выразительно посмотрела на Марину.

– Нет-нет! – девушка прижала руки к груди и засмеялась. – Мы как раз с Максимом недавно шутили на эту тему. Нет, с сексуальной ориентацией у Всеволода все в порядке. У него не в порядке с женой и... простите, с головой.

– То есть?

– Ну, это его преувеличенное, театральное преклонение перед Левой... Севино фиглярство уже порой достигает просто неприличного размаха. Но это еще ладно бы, в конце концов, мы сто лет его знаем и прекрасно понимаем, потому что давно к нему привыкли. Это как бы особый шутливый стиль общения в нашей компании. Но вот что меня встревожило не на шутку: Сева всерьез обвинил нас с Максимом в убийстве Льва!

– Может быть, он вновь пошутил? – предположила я.

– Как вам сказать, – задумалась девушка. – Сева уже так заигрался, что порой, мне кажется, он и сам не понимает, искренне ли он себя ведет или фальшивит. Но в тот раз... Мне показалось, что он рассудка лишился! Он обвинял и меня, и Максима, хотя давным-давно нас знает и всегда считался нашим другом! Кроме того, меня убеждает в его искренности то, что мы тогда серьезно поскандалили. У меня даже начались боли в животе, так я разволновалась. И Максим вытурил Севу из дома, так он нас достал своей бредятиной.

– После этого вы с ним встречались?

– Да, когда стало известно, что Леву убили. А в тот раз Сева всего лишь располагал информацией, что Лев просто пропал. Однако сам он был уверен, что с Марковым явно произошло что-то ужасное.

– Почему, кстати?

– Не знаю. Он говорил, что чувствует это, потому что у него с Левой – некая кармическая связь или еще какая-то эзотерическая чушь. Он помешан на мистике! А потом он начал нас обвинять.

– В убийстве, – уточнила я. – Хотя, об убийстве тогда еще известно не было?

– Ну, он напрямую об убийстве не говорил, – поправила меня Марина. – Твердил только, что мы желаем Леве зла, мечтали о том, чтобы Лева не вернулся, и приложили к этому все усилия... Словом, болтал он достаточно обтекаемо, но все равно, абсурдно.

– Так, пока я не забыла... Вы мне говорили, что у этого Гайворонского проблемы еще и с женой?

– Да, – вздохнула Марина. – Дело в том, что Сева, как он сам выражается о своей семейной жизни, находится во «внутренней эмиграции». Семьи у него практически нет – они с женой совершенно чужие люди. Их связывает только сын. И... Не хотелось бы кляузничать, но, похоже, что и жилплощадь. Если Сева разведется, он вынужден будет уехать обратно в родительскую квартиру, а это очень далеко, в Комсомольском поселке. Вы понимаете меня?

– Да, конечно, – ответила я.

Комсомольский поселок был самой удаленной от центра, окраиной частью города Тарасова. Чтобы добраться оттуда до центра, приходилось потратить, в лучшем случае, полтора часа. А после восьми вечера уехать туда и вовсе было проблематично.

– Эти их проблемные отношения с чем связаны? Люди надоели друг другу?

– Нет. Как мне рассказывал Сева, так было всегда. С самого начала их семейной жизни. Просто, похоже, жена вышла за него замуж просто потому, что забеременела. Вот так обстоят дела.

– Прочие ваши друзья и знакомые что собой представляют?

– Компания эта сложилась достаточно давно, по своему составу она весьма разнородная, – ответила Марина. – Присутствуют там и удачливые люди, бизнесмены. Например, старый приятель Маркова, некто Юрий Звонарев. Потом, бывшая жена Маркова. После развода Лара по-прежнему общается по праздникам с Гайворонским и со всеми нами. Кстати, она снова собирается замуж.

– Вот как? И за кого?

– Да появился у нее один мужчина, Александром его зовут. После развода Лариса устроилась на работу в одну фирму. Там она и нашла себе жениха – директора в постель уложила, – объяснила Марина. – Правда, он довольно приятный мужчина, у меня он вызывает даже сочувствие, поскольку Лара для него – не совсем достойный вариант. Я не хочу сплетничать о ней, одним словом, увидите ее – сразу все сами поймете. Весьма расчетливая, стервозная фифочка. Материально, кстати, они живут хорошо, у Александра сейчас новая фирма, с каким-то перспективным проектом... Но я что-то заболталась и отвлеклась немного. Есть в нашей компании и комические персонажи.