– Почему?

– Они нас считают скучными, неинтересными. Мы все – бухгалтеры, юристы, бизнесмены… А себя они считают людьми творческими. Они только с Севой, может быть, и встречались как-то... С ним им все-таки было интересно поговорить. К тому же, Марина – она нас всех моложе, мы для нее уже старые, – усмехнулась Антонина. – А меня, например, утомляет их общество. Потому что они вечно хохочут, шумят, дурачатся, как дети малые! В общем, легкомысленная парочка.

Саврасова еще раз вздохнула и осуждающе покачала головой.

– Ну, они, все-таки, люди образованные, – заметила я. – И профессии у них серьезные.

– Ну да, они, конечно, умные, – признала Саврасова, – я просто хотела сказать, что они выбиваются из нашей компании. Им бы все посмеяться да поразвлекаться, над Левой, вон, они тоже все смеялись. Стишки про него даже сочиняли… глупые!

Я невольно улыбнулась и спросила:

– Вы разделяете мнение Севы о том, что они могли убить Леву, потому что должны были ему деньги?

– Ну, нет, – решительно сказала Саврасова. – Они, в принципе, люди-то добрые и безобидные. Так, немножко с приветом... Но, наверное, все творческие люди такие? И вообще, их волнует только, чтобы у них ребенок родился. У них проблемы в этом смысле.

– Марина сейчас беременна, – произнесла я, пристально глядя на Саврасову.

– Вот как? – удивилась Антонина. – Не знала, не знала... Ой! – неожиданно вздохнула она. – Она сама-то как ребенок, а тут еще и малыша воспитывать! Не знаю уж, как это у них получится. Тут, вон, с ума сойдешь, пока своего вырастишь.

Она кивнула в сторону комнаты, где ее пятилетний сын издавал чудовищные звуки, играя в паровозики. Неожиданно раздался еще более жуткий рев, последовавший после удара чего-то мягкого обо что-то твердое.

– Господи боже мой, что за мальчишка такой! – всплеснула руками Саврасова, вскакивая с места и бросаясь в комнату. – Ну, что тут у тебя случилось?

– Упа-а-а-ал! Упа-а-а-л! – вопил благим матом мальчишка, яростно растирая ушибленную голову.

– А я тебе говорила сто раз, чтобы ты сюда не лазил! Наказание, а не ребенок! Завтра к бабушке тебя отправлю.

– А-а-а! Не ха-чу к бабу-шки-и-и! – еще пуще завопил мальчик.

– А я тебя не спрашиваю, что ты хочешь, что не хочешь! С ума с тобой сойдешь.

– Я всег-да у ба-бу-шки-и-и! Она мне на-до-ела!

– Это мне твое баловство надоело! Поиграй во что-нибудь спокойное! За компьютером посиди!

Мальчик хныкал.

– Сладу с ним нет никакого, – пожаловалась она, возвращаясь в кухню, когда ее сын немного успокоился и потянулся к компьютеру. – Когда он в садике – еще ничего, а в выходной день хоть вешайся.

– А мама ваша, что же, не помогает вам? – спросила я.

– Больше ворчит, чем помогает. Говорит, родила – вот и возись. А что я работаю, так это не считается! Говорит, мужа себе найди и дома сиди. А где его, мужа, найдешь-то?

– Есть у вас в компании такой человек, Тугов, – осторожно закинула удочку я. – По-моему, он свободен.

Саврасова, понизив голос, как-то доверительно склонилась ко мне:

– Вообще-то, я сама над этим думала. Мне еще раньше и Наташа Звонарева это же советовала. И Марина тоже! Ну, она-то, правда, со смехом. Ну, я решила, что уж на крайний случай он подойдет.

– Почему – на крайний?

– Ну, он, все-таки, знаете... Несколько туповат, – покраснев, сказала Саврасова. – Уж чересчур он неинтересный. Хотя... Как посмотреть! Зато человек серьезный, положительный, без глупостей в голове. Танцы до упаду устраивать не будет, как эти Заботкины... – Саврасова явно убеждала саму себя, а потом как-то горестно вздохнула: – Годы-то идут, прямо не замечаешь как! А что я вижу-то, кроме работы? А я все-таки женщина, к тому же, молодая еще! В нынешнее время вообще мужчину тяжело найти. Все – алкоголики или альфонсы. А если мужчина хороший, так ему обязательно жена-стерва попадется! Вот и у Левы семейная жизнь не ладилась, все нервы ему испортила эта Ларка! А вот он, между прочим, самый достойный мужчина был! И умница, и деньги умел зарабатывать, и шутил-юморил… Ох, не ценят такие фифы мужей своих, только пилят их почем зря. А потом плачут, да поздно уже!

– Вообще-то, я что-то не заметила, чтобы Лариса так уж сильно убивалась по поводу своего развода со Львом, – сказала я. – Или это она сейчас успокоилась, а раньше все-таки переживала?

– Да какое там переживала! – Саврасова аж подпрыгнула, оседлав свою любимую, не дающую ей покоя тему, на которую она явно могла говорить часами. – Она только из-за квартиры и переживала, что ей жилплощадь его не досталась. А на Леву-то ей наплевать! У нее и при муже целый воз мужиков был, вертихвостка она! А потом она вообще в разгул ударилась. Сейчас, правда, попритихла маленько, нашла себе этого Александра, теперь ему кровь портит.

– Что он за человек?

– Он-то? – Саврасова посерьезнела. – Вообще-то, о нем я ничего плохого не могу сказать. Хотя, и хорошего тоже, потому что нормальный мужик с такой, как Лара, связываться не стал бы.

– А как же Лева? – чуть улыбнулась я.

Саврасова вспыхнула и как-то нервно принялась оправдывать Маркова:

– Ну, это же по молодости было, по глупости. Она задом-то умеет вертеть! И постоянно о сексе говорит, совсем понятий о приличиях нет! Я помню, мы на дачу поехали, так они прямо в лесу, в кустах, этим занимались, когда мы на поляне обедали. А Ларка еще нарочно стонала погромче, чтобы мы все слышали. У меня даже аппетит пропал. А Юра Звонарев весь покраснел.