— Не побрезгуйте, хай-леди, — поддержал игру Рап-тор. — Уж чем привыкли тут, в глуши, пробавляться...

После такой прелюдии высокородная с ужасом посмотрела на прозрачный дистиллят в емкости, ожидая обрести если не девяностошестиградусный спирт, так щелок пополам с «ведьминым студнем». Но кружку в белы ручки взяла и отхлебнула покорно, как жертва на боевом алтаре времен Войны Сил — ритуальный яд. Сглотнула, выдохнула, зажмурившись и ожидая, что из губ вырвется облачко пламени, затем ошарашенно распахнула глаза и захлопала ресницами.

— Это же вода!

Нехилая догадливость, скажем прямо...

— Где-то в чем-то да, — в рифму подтвердил кадорг озарение эльфи.

— Как же?.. — в полной прострации кивнула та на громаду опреснителя.

— Алхимию знать надо, — уже совсем добродушно пробормотал я. — Гнать можно не только выпивку, была бы нужда...

Узнав, что проблемы с водой нет, Инорожденная Дня мгновенно воспряла духом и достигла прежнего уровня самоуверенности. Во всяком случае, ни слова благодарности от нее никто из нас не дождался — ни я, ни непосредственные исполнители проекта, кадорги.

— Не понимаю, как вообще можно было такое сделать! — изрекла светлоэльфийская дуреха, обозрев предмет нашей гордости, опреснитель. Приободрившись, мы с Раптором приняли было искреннее удивление шлсокородной за похвалу. Пусть куцую, как крикуний мюст, но все-таки. Оказалось, напрасно.

— Без приказа, инструкций, обучения... — внесла ясность эльфь, продолжив изумляться. — Как только можно суметь!

Как-как... Так, как все в Мекане делается, — крепко и на совесть. Если дожить до следующего дня хочется. Любой, кто тесайрекий фронт прошел, знает, насколько важно иметь чистую воду в гиблом болоте. У каждого, конечно, свой способ: флай-флот, пехота, файрболлерия — все изощряются. Особенно мы, маго-техники, на весь Мекан признанные умельцы. А эта дурища высокородная даже не поинтересовалась моей армейской специализацией. Воинствующая некомпетентность!

Казалось, достичь большего уже невозможно. Однако недооценивать возможности Лесной в этой области не стоило. Разом утратив интерес к дальнейшему разговору, едва выяснилось, что запросы ее будут удовлетворены, эльфь заспешила восвояси. Однако на прощание, уже вполоборота, бросила, неопределенно помахав в воздухе ручкой:

— Это вообще странно...

Надо было, конечно, сдержаться, не задавать резонного вопроса: «Что странно?» Но разговорчик этот, предшествующий ему день, двое суток пути, да и вообще все время, прошедшее от знакомства с Инорожденной стервой, терпимости мне не добавили. А ответ на вырвавшийся вопрос и вовсе оказался последней каплей в чаше сей.

— Странно видеть, что человек способен на осмысленную и полезную деятельность без руководства эльфов! — это Леах пробормотала уже на ходу, позвякивая полным бидончиком. Брякнула, как само собой разумеющееся, не особо даже вдаваясь в смысл своих СЛОВ.

От такого я просто онемел. Не так, конечно, как при ее утреннем купании, но тоже изрядно. Раптор тоже затих самым подозрительным образом. Лишь ходовым котлом побулькивал, но и то как-то особо деликатно.

На мгновение мне стала близка и понятна негасимая ненависть тесайрцев к Инорожденным. Глубинная. Всепронизывающая.

Ну-ну. Вот как, стало быть. Это вместо мало-мальского чувства вины и минимальной же благодарности. Что ж, в ответ светлая эльфь может рассчитывать на столь же внимательное отношение. И благожелательное вдобавок. Особенно в области крайне полезного и поучительного для нее грядущего знакомства с меканскими москитами. Которому теперь, смею надеяться, никто из присутствующих препятствовать не будет — солидарность кадорга в этом вопросе я чуял спинным мозгом.

Нет, это ж надо: «...способен на осмысленную и полезную деятельность без руководства эльфов!!!»

Да я вообще на многое способен. Особенно без руководства эльфов.

И не только я...

Наутро из палатки было страшно даже нос высунуть. Ожидание москитов портило нервы хуже самого налета. В недвижном воздухе уже мерещился комариный звон. Как перед атакой, когда пронизывающая жуть по костям ползает.

Однако часок спокойной жизни нам еще был отпущен. Высокородной — на очередное купание, мне — на завтрак и подготовку гостевой ложи перед предстоящим шоу. По счастью, к месту на броне новых владельцев была приспособлена еще не вся дырчатая утварь с местной кухни. Хотя даже Харм щеголял в откидном, на невесть откуда взявшейся оконной петле, длинном сотейнике над мордой.

На мою долю достался дуршлаг, напоминающий мушиный глаз, — латунное полушарие фута полтора и диаметре, с двумя крючками-рожками напротив рукояти. Не иначе, у фермера какого из хозяйства свистнутый немилосердно. Ладно, дареному коню в зубы не смотрят, как бы круто он ни был сварен. Главное, проблема с обозрением была решена.

Брезента от палаток и тентов тут было в изобилии, так что укрытие получилось на славу. Теперь главное — держаться от него невдалеке, чтобы налет врасплох не застиг.