— Это поэтому ты ненавидишь мой «моссберг»? — спросил отец.

— Вовсе не ненавижу. Просто не могу стрелять из него.

— Тебе надо попробовать выстрелить из нее, — обратилась к ней Шарон. — Самые приятные ощущения.

— Неплохая мысль, — поддержал отец, — надо каждому из нас попробовать все. Тогда, если мы таки попадем в какую-нибудь переделку, за плечами у нас будет хотя бы беглое знакомство с каждым видом оружия.

— Ты когда-нибудь стрелял? — спросил он у Энди.

— Да у меня не было даже игрушечного пробкового ружья. Родители не разрешали. У них были другие убеждения.

«Пожалуйста, папа, — мысленно попросила его Джоуди. — Осторожнее. Не забывай, что они мертвы».

— Многие люди против огнестрельного оружия, — заметил отец. По мягкому тону его голоса Джоуди поняла, что ее волнения напрасны. — Но оно само по себе не плохое и не хорошее, Энди. Это всего лишь инструмент, и все зависит от того, как им пользоваться. И если пользоваться правильно, можно получить большое удовольствие.

— И ты скоро сам в этом убедишься, — добавила Шарон.

— Его еще можно использовать для самообороны и для защиты тех, кто тебе не безразличен, — продолжал отец. — А мне не нужно тебе рассказывать, сколько на свете недобрых людей.

Прикусив нижнюю губу, Энди едва заметно кивал головой.

— Стрелять в людей можно только тогда, — объяснял отец, — когда они представляют реальную угрозу Но даже в этом случае к оружию следует прибегать лишь в том случае, если нет других безопасных способов остановить такого человека. И всегда стреляй на поражение.

— Разве я не должен сначала попытаться его ранить, в ногу или руку, например? — нахмурился Энди.

— Никогда, — отрезала Шарон.

— Джоуди?

— Что?

— Ты ему скажи.

Девочка тяжело вздохнула.

— Всегда стреляй на поражение.

— Объясни почему, — попросил отец.

— Потому что, если будешь стрелять в руку или ногу, можешь промахнуться. И даже если попадешь, пуля все равно иногда может его убить. В людей стреляют для того, чтобы остановить их до того, как они успеют сделать больше вреда. А чтобы это удалось, необходимо вывести их из строя. И единственный верный способ это сделать — убить их.

— И как ты будешь это делать? — спросил ее отец. Девочка ухмыльнулась Шарон.

— В этом мне должна помочь эта, ну, как ее, стрелковая подготовка. Только уже становится поздно.

Шарон понимающе кивнула.

— Тогда перейдем к стрельбе. Энди, смысл сводится к следующему: если приходится в кого-нибудь стрелять, ты должен выпустить как можно больше пуль в грудь и сделать это как можно скорее. Разряди всю обойму. Если ты хороший стрелок, забудь о груди и стреляй в голову. — Она улыбнулась Джеку. — Конец инструктажа?

— Для начала очень неплохо, — похвалил тот. — Пусть начнет с двадцать второго.

— Пока что рано, — возразила Шарон.

— Что? — изумился отец.

— Полагаю, прежде надо выяснить, действительно ли Энди хочет научиться стрелять. Он вырос в семье, где были категорически против огнестрельного оружия, и, если у него есть моральные возражения, мы не имеем права его принуждать…

— Ты права, — согласился отец. — Мне самому следовало об этом подумать. Что ты сам скажешь на это, Энди?

— Я хочу стрелять.

— Ты уверен? — переспросила Шарон. — Быть может, твои родители этого не хотели бы…

— Может, мне удалось бы их спасти, если бы у меня был пистолет, — проговорил мальчишка. — Их и Ивлин. — Подбородок у него задрожал.

Его глаза были спрятаны за новыми солнцезащитными очками, но Джоуди знала, что в них были слезы.

Шарон шагнула к нему, прежде чем поняла, что у нее в руках винтовка. На лице у нее появилось беспомощное выражение.

— Все будет хорошо, — прошептала Джоуди, обнимая за плечи плачущего мальчишку.

Тот попытался оттолкнуть ее, но Джоуди сильнее прижала его к себе. Очки ударились о ее шею и упали.

— Все хорошо, — повторила она.

— Отпусти меня. Я хочу стрелять.

— Нельзя стрелять, когда плачешь.

— Я не плачу.

— Так, значит, это твой пот капает на мою рубашку.

— Проклятье!

— Все когда-нибудь плачут, — сказал ему отец. — А у тебя больше причин, чем у многих других.

— Если ты когда-нибудь прекратишь, — добавила Шарон, — мы сделаем из тебя настоящую Анни Окли.

Энди не то всхлипнул, не то рассмеялся, и через промокшую рубашку Джоуди обдало струей горячего воздуха.