Боже!

Джоуди закрыла кран. Она стояла так, что в зеркале было видно все, что было под отвисшей рубашкой.

“Если я нагнусь, чтобы вытащить из-под его кровати свою, а Энди будет смотреть сверху… Просто притворюсь, что не замечаю, куда он смотрит.

Очень мило, Джоуди. Зачем играть в игры? Просто скинь ее, и черт с ней”.

Скорчив рожу в зеркале, Джоуди выпрямилась.

Глубоко вздохнула. “Откуда этот озноб? Нет, — покачала она головой. — Как я вообще могла подумать о том, чтобы заниматься таким с Энди? Но ведь он тебе не брат, и ты это знаешь.

Да, знаю. Но, кроме того, что ему только двенадцать, он еще и страшный зануда. А часто просто невыносим. Тогда почему бы мне хотеть заводить с ним шашни?

Может, ты в него влюбилась?

Нет. Нет, только не это”.

Джоуди так себе сказала. Но и сама не была уверена, что поверила этому.

Впрочем, неожиданно она уверилась в другом: она не вернется в комнату для гостей сегодня.

Но придется, поняла она, там моя простыня и подушка.

Ладно. Но только для этого. Просто войду и заберу свои вещи. Может, Энди даже не проснется. Затем я тихонько выскользну и найду какое-нибудь другое место, чтобы поспать. Может, у себя в спальне на полу. Можно достать спальный мешок из шкафа…

«Да? Ты брала его к Ивлин. И он сгорел».

Джоуди пожалела, что вспомнила об этом.

«Просто постелю на полу», — решила она.

Она открыла дверь ванной комнаты.

Стоявший в коридоре человек ухмыльнулся ей.

Она не успела шелохнуться.

Не успела не только выстрелить, но и снять пистолет с предохранителя.

Не успела даже вскрикнуть.

Глава 43

Джоуди успела только увидеть его.

Мужчину примерно ее роста, с макушкой, поросшей короткой щетиной, со сверкающими от ликования глазами на лице, которое напоминало женское и было бы очень красивым, если бы одна его сторона не была так изуродована синяками и свежими ранами.

Впечатление было такое, что он нагой.

Еще до того, как это мимолетное впечатление успело запечатлеться в ее сознании, Джоуди хотела позвать на помощь и выстрелить.

Но она не успела ни того, ни другого, потому что получила сильный удар в живот, который согнул ее пополам.

Опускаясь на колени, она увидела на нем мини-юбку. Она была почти одного цвета с его телом. На поясе в чехле болтался охотничий нож, а на ногах были белые носки и синие теннисные туфли.

Он наступил ей на левую руку, прижав к полу пистолет вместе с пальцами. От дикой боли отвалилась челюсть, но дыхание перехватило, и не было сил закричать.

Присев рядом, он схватил ее за волосы и вздернул вверх голову.

— Привет, Джоуди, — шепнул он. — Я — Саймон, помнишь меня?

Она даже не попыталась ответить — ей никак не удавалось набрать в легкие воздуху.

Но поняла, кто перед ней.

— Мы с тобой чудесно проведем время, — шепотом добавил он.

Убрав ногу с ее руки, он выбил носком пистолет из пульсирующих от боли пальцев. Затем встал, поднимая ее за волосы.

Повернувшись на каблуках, он протащил ее через коридор и спиной втолкнул в комнату отца.

— Па! — захлебываясь от слез, вскрикнула она.

Вспыхнул свет, и она увидела вытянутую руку Саймона и лежащий на выключателе ствол пистолета, который стал опускаться дугой в ее сторону.

Затем он отпихнул ее.

Отлетая в сторону и падая, она успела заметить, что он целился куда-то над ее головой.

Бам-бам-бам-бам! Бам-бам!

Среди грохота выстрелов она услышала крики отца.

Затем ударилась об пол — задом, затем спиною, затем головой.

Саймон стоял у ее ног и больше не стрелял. Из дула клубился белый дым Ползунок пистолета сдвинулся до упора.

«Кончились патроны?»

Могло быть еще два. Энди последним набивал обойму. Должно быть, остановился на шести.

«Он выстрелил в отца шесть раз, о Боже, о Господи, нет!»

Саймон бросил пистолет и вытащил из чехла нож.

— Уноси готовенького, кто на новенького?

«Новенького? Он имеет в виду меня или Энди? Может, об Энди не знает?»

Саймон взмахнул над ней ножом.

— Вставай.

Поднимаясь на ноги, она обернулась посмотреть на отца. Тот лежал без движения на матраце, разметав в стороны руки и ноги. Пижамная рубашка распахнута, всюду кровь.

— Нет!

Сделав пируэт, Джоуди бросилась на Саймона.

Навстречу торчавшему ножу.

Но ей было наплевать.

Она ждала, что нож глубоко войдет в живот, и прокручивала в голове возможные ощущения.

В последний момент она чуть пригнулась и врезалась в него плечом. Саймон хрюкнул и, вылетев через двери, с грохотом рухнул в коридоре на пол, а Джоуди на него. От удара встряхнуло, но она не почувствовала ни ужасной отвратительной боли, ни погруженного в какую-либо часть тела лезвия.