Шрифт:
Но несчастный случай стоил значительно дороже. Настолько дороже, что затраты могли превысить возможный выигрыш. И хотя Головастов затеял все это не ради прибыли, а ради острых ощущений, денег ему было жалко.
К тому же проблема выбора все равно никуда не исчезала. Несчастные случаи бывают разные. Киллер мог элементарно раздавить жертву машиной, а мог хитроумно уколоть его в толпе отравленной иглой (разработка КГБ) – смерть от сердечного приступа, никаких улик, тем более если дедушке сто лет.
Узнав про сто лет, киллер согласился даже сделать скидку на этот последний вариант. В таком возрасте и половинной дозы хватит с запасом, и вероятность разоблачения равна нулю. Кто там станет проверять, отчего старичок окочурился, пусть он хоть трижды японец.
То, что этот японец – мастер боевых искусств из клана Белый Лотос, киллера не волновало нисколько. Куда ему с голой пяткой против чапаевской сабли.
В сказки про подвиги ниндзя Тираннозавр Рекс ни капельки не верил, хотя и любил смотреть про них кино.
Что касается Головастова, то для него чистенькое убийство без всяких следов криминала было самым лучшим вариантом. Но вот беда – дорого. Очень дорого. Дороже пули и дорожно-транспортного происшествия вместе взятых.
Один только яд из секретных лабораторий КГБ немереных денег стоит.
Если заплатить запрошенную сумму, то вся афера начисто утратит финансовый смысл. А выбрасывать такие деньги ради одних только острых ощущений…
Головастов мучился, не спал ночами и никак не мог решиться. А киллер после четвертого раунда бесплодных переговоров решил уже было совсем отказаться от этого дела.
И тогда посредник пошел ва-банк. Он объявил Головастову, что Рекс сам выбрал вариант. Самый дорогой, с отравленной иглой и сердечным приступом. И проблема выбора перед бизнесменом больше не стоит. Либо этот вариант, либо никакого.
«Как же не стоит, – подумал Головастов, – если одно из двух все равно приходится выбирать».
Над этим выбором он промучился еще некоторое время. И теперь киллеру захотелось убить самого Головастова, но он, как мы помним, никого и никогда не ликвидировал бесплатно.
Чтобы снять стресс, бизнесмен вечером пригласил к себе в номер ночную бабочку. Но этим он только усугубил стресс, поскольку теперь ему не помогала даже виагра. Пришлось увеличить дозу, а от этого ему в разгар соития стало плохо с сердцем. Заметив неладное, проститутка в панике убежала, забыв одеться, – она испугалась, как бы клиент не испустил дух прямо в момент оргазма.
На этот раз, однако, пронесло, и, придя в себя после двух таблеток нитроглицерина и одной таблетки валидола, Головастов решил, что острые ощущения необходимы ему как воздух. Сейчас или никогда!
Он поднял посредника с постели и, не дав ему слова сказать, заявил, что согласен на последнее предложение киллера.
Посредник хотел было ответить матом – он так сладко спал между двух сестер-близняшек, которых называл своими женами, – однако в последний момент передумал, поскольку с этого заказа ему полагались весьма солидные комиссионные.
Огладив обеих близняшек по их одинаковым, но от этого не менее соблазнительным выпуклостям, он подобрел и сказал в телефонную трубку:
– Готовьте деньги. Сразу после получения аванса Рекс начнет действовать.
21
В буйном отделении психиатрической клиники № 1, бывшей имени Кащенко, накануне случилось чрезвычайное происшествие. Не то чтобы очень серьезное – такие бывают три раза на неделе, но оно все-таки вызвало переполох.
Дело, в общем, было обыденное. Кощей Бессмертный, старый шизофреник с задатками молодого маньяка, искусал медсестру. И не как-нибудь, а в кровь. Вцепился в нее, как собака бультерьер, – санитары втроем еле отодрали.
– А в следующий раз в лягушку превращу, – пообещал он, сплевывая чужую кровь на ткань смирительной рубашки.
Медсестра не захотела превращаться в лягушку и слезно попросила начальство перевести ее в другое отделение.
– Иначе меня скоро саму придется класть в буйное, – пояснила она.
Начальство пошло навстречу, и на следующий день медсестра вышла на работу уже в другом отделении.
На новом месте она сразу подверглась нападению молодого человека с длинными волосами и небритым подбородком.
– Я женщина! – сообщил он ей, сверкая глазами.
– Очень хорошо, я тоже, – ласково ответила медсестра по имени Анжела.