– Но досточтимый собрат! Прецедент по делу о добрых идиотах и мудром негодяе однозначно устанавливает, что коллеги подсудимого по экипажу звездолета не могут быть беспристрастны по определению.

– Эксперты по названному вами делу были пристрастны в пользу обвиняемого, – парировал председатель суда. – Так что этот прецедент впору использовать обвинителю, а не защите.

– Мы не станем ссылаться на этот прецедент и не имеем ничего против приглашенных судом экспертов, – поспешно заверил обвинитель.

– В таком случае, если члены трибунала не возражают, суд назначает заочную медицинскую экспертизу с использованием телеметрических систем микробота Наблюдателя. Если защита считает, что стационарная экспертиза на борту звездолета в большей степени отвечает интересам подсудимого, у нее еще есть время убедить его вернуться в тело и пройти обследование на месте. Суд объявляет перерыв до получения результатов экспертизы.

– Да будет так, – хором произнесли члены трибунала, бия себя конечностями по рогам, и мерный гул заглушил их голоса.

Палачи Якудзы отправились на новую охоту в автомобиле, который они на этот раз не угнали, а взяли в аренду у своих друзей – торговцев оружием. Не по дружбе, конечно, а за деньги, которых снова стало не хватать. Пришлось даже заложить в ломбарде мечи погибших самураев.

Зато из армейской машины с надписью «Люди» на крытом кузове было очень удобно наблюдать за выходом из спорткомплекса, не обнаруживая при этом себя. Самураи прятались в тени под брезентом, разглядывая спортивное сооружение в полевые бинокли.

Гости с юга хвастали, что все это снаряжение, от машины до биноклей и гранатомета, поступило к ним прямо из района боевых действий. Но, возможно, они просто набивали цену. Все то же самое вполне мог продать им какой-нибудь офицер из складской охраны. Как говорится, прецеденты имели место.

Палачи Якудзы такими подробностями не интересовались. Они, проявляя чудеса терпения, ждали окончания очередного дня соревнований, заранее зная, через какие двери из спорткомплекса выходят спортсмены и тренеры.

Они не знали, что со вчерашнего дня у Гири Ямагучи появился личный телохранитель, которого наняла Люба Добродеева невзирая на то, что в присутствии господина Кусаки Ямагучи не нуждался ни в какой охране.

Сам Гири даже и не знал, что этот молчаливый русский – его телохранитель. Люба как-то забыла ему об этом сказать. Зато она не забыла уведомить о найме охранника прессу – бульварную, поскольку никакая другая про чемпионат мира и окрестностей не писала.

Корреспондент «Голой правды», узнавший новость первым, не умел держать язык за зубами и раззвонил о ней всем, до кого смог дотянуться, задолго до того, как его заметка появилась в газете.

Люба преследовала при этом вполне определенную цель – напугать киллеров выдуманным послужным списком охранника, с тем чтобы они прежде всего постарались устранить его, а уже потом принялись за японцев.

Внезапный приступ любви к бывшему киллеру прошел у Любы так же внезапно, как и начался. Наверное, это оттого, что Наблюдатель покинул ее тело сразу же, как только Люба познакомила Рекса с сэнсэем Кусакой.

Наблюдатель поспешил вселиться в тело сэнсэя, о котором он слышал так много интересного – вернее, не слышал, а читал в мыслях своих последних Носителей.

Но действительность превзошла все ожидания. Привычно присосавшись к нервным окончаниям, Наблюдатель почувствовал неладное. Мозг нового Носителя не раскрылся для контакта. Впервые Наблюдатель оказался не в состоянии читать мысли аборигена и воспринимать его эмоции. О том же, чтобы управлять сознанием аборигена, не могло быть и речи.

Разум Наблюдателя барахтался в железной клетке микробота, не в силах пробить защиту, которую выстроил вокруг себя мозг сэнсэя Кусаки.

А тем временем бывший киллер Тираннозавр Рекс выстраивал защиту вокруг самого сэнсэя, который в этом вовсе не нуждался. Просто Люба сказала: «Так надо!» – и все ей поверили. То есть все, кроме сэнсэя, который был слишком погружен в себя, чтобы обращать внимание на такие мелочи.

Корреспондент «Голой правды» Максим Подзорный, в псевдониме которого читатели часто невольно пропускали букву «д», распускал на трибунах слухи о том, что японцы наняли для своей защиты наикрутейшего спецназовца, способного плевком убить слона, а названный спецназовец тем временем развивал перед своими новыми друзьями мысль, что если в здании есть несколько дверей, то ни в коем случае нельзя дважды выходить через одну и ту же.

В результате именно в этот день они при молчаливом непротивлении Ясуки Кусаки вышли из спорт-комплекса не через служебный вход для спортсменов, а через главные двери, растворившись среди публики. Публика пыталась разорвать Гири Ямагучи на сувениры, но борец сдерживал ее натиск легким мановением руки.