Она кивнула. Повернувшись к нему спиной, сняла башмаки, чулки, платье. Оставшись в нижней рубашке и панталонах, она шагнула в воду. Крид посмотрел, как она плещется, и тоже стал раздеваться, снял сапоги, носки, рубашку и пояс с револьвером и бросился за ней.

Они ныряли и плескались, пока Джесси совсем не выбилась из сил. Крид помог ей выбраться из воды, и они уселись на траве под лучами солнца.

—Я очень люблю это место, — призналась Джесси, — и мне ни за что не хотелось бы уходить отсюда. Здесь так красиво и так спокойно.

Крид кивнул, но он восхищался не красотами окружающей их природы, а красотой Джесси.

Вздохнув, он притянул ее к себе, обнял и поцеловал. Она растаяла в его объятиях и тихо застонала когда встретились их губы. У Крида перехватило дыхание, когда Джесси провела ладонями по его обнаженной спине. Он услышал, как она задохнулась от неожиданности, наткнувшись своими любопытными пальчиками на его первый рубец. На какое-то мгновение руки ее замерли, а потом медленно задвигались по телу, ощупывая каждый из них.

— Откуда это у тебя? — спросила она.

— Попал в переделку, оказался не на том конце кнута.

Она посмотрела ему в лицо, и в ее глазах отразилось неизмеримое страдание.

— Тебя били кнутом?

Он коротко кивнул.

— Кто?

Он выпустил ее из своих объятий, боль от той экзекуции и причины, породившие ее, живо встала у него перед глазами, как будто это произошло вчера, а не почти тринадцать лет тому назад.

— Ты мне не расскажешь? — ласково спросила Джесси.

— Мне бы не хотелось ворошить прошлое.

Она понимающе кивнула, но он понял, что такой ответ ее обидел.

— Это случилось очень давно, Джесси, — сказал он.

— Понятно.

— Нет, ничего тебе не понятно.

— Тогда объясни.

— Джесси…— Вздохнув, он привлек ее голову к себе. — Когда мне исполнилось восемнадцать, я влюбился в одну девушку. Белую девушку. Ее отец не одобрял наше знакомство, да и все остальные в городишке тоже. И мы сбежали.

Он замолк, вдруг вспомнив радость, охватившую когда Дебора согласилась бежать вместе с ним и выйти за него замуж. Добрая и милая Дебора Кэри, с волосами, похожими на солнечный свет, с глазами, такими же голубыми, как небо Колорадо, с кожей цвета свежих сливок. Он не знал никого в жизни красивее Деборы, никогда и не мечтал, что она полюбит такого, как он. Они успели добраться до Нью-Мексико, прежде чем Гарет Кэри и его люди сумели их поймать. Сначала Кэри несколько раз ударил ее по лицу, сбывая индейской подстилкой, а потом его подручные привязали Крида к дереву и хлестали до тех пор, пока он не потерял сознания. Очнувшись, он обнаружил, что лежит, уткнувшись лицом в пыль, голый, в чем мать родила. Кэри забрал всю его одежду и лошадь…

— Крид?

— Мы убежали, — снова сказал он, а потом пожал плечами, как будто это не имело больше никакого значения. — Убежали, а нас поймали.

— И ее отец бил тебя кнутом?

Крид кивнул.

— Ты ее видел когда-нибудь снова?

— Нет.

К тому времени, когда он немного поправился, чтобы отправиться на поиски, оказалось слишком поздно. Кэри куда-то отправил ее. Две недели подряд Крид пытался выяснить, куда она подевалась, но Дебора как сквозь землю провалилась.

— Мне очень жаль, — прошептала Джесси. Она осторожно, словно прикасаясь к знаку отличия, потрогала пальчиками каждый рубец.

— Не стоит сожалеть.

— Почему?

Крид взял ее руки в свои. Он не любил, когда ему напоминали об этих рубцах. Ничто за всю его жизнь не причиняло ему большей боли и не унижало так сильно, как то, что его избили тогда кнутом.

— Крид?

Он посмотрел на нее так, будто впервые видел, и медленно покачал головой.

— Ничего не получится.

— Что ты хочешь этим сказать?

— У нас с тобой ничего не получится.

— Почему?

— Ты слитком молода. Это первое.

— Да нет же!

— Потом я слишком стар.

Она решительно тряхнула головой.

— Джесси, это не просто разница в возрасте разница в том образе жизни, который мы ведем. Я могу избавиться от своего прошлого. — Внезапно успокоившись, он встал. — Я не могу убежать от самого себя, даже ради тебя.

У него вырвался вздох сожаления. «Всю свою жизнь я в бегах, — с грустью подумал Крид. — Бежал из резервации, когда там стало трудно жить, пытался убежать с Деборой и теперь опять бегу, бегу от ответственности, от своих чувств к Джесси…»

— Забудь об этом, девочка, — сказал он отрывисто. — Я человек без будущего, и мне нечего тебе предложить.

— Я в это не верю!

— Черт возьми, Джесси, ну как мне тебя убедить?

— Никак, Крид. Знаю, что ты считаешь меня чересчур молоденькой и думаешь, что я еще не разобралась в себе, но я уже сделала выбор. — Она смело встретила его предостерегающий взгляд. — Я вижу, как ты заботишься обо мне, и хочешь ты в этом признаться самому себе или нет, но и я нужна тебе, Крид Мэддиган, и если ты отвернешься от меня теперь, то будешь жалеть об этом до конца своих дней.