– Да примерно вот так.

Что-то неправильное было в этих словах. Произнес их, вроде бы, Трин Восс'он'т, но прозвучали они гораздо ближе и совсем с другой стороны, как будто экс-штурмовик ухитрился пробраться Босску за спину. Трандошан оглянулся на безработного землекопа - как раз успел увидеть огромный кулак, который через долю секунды врезался ему между глаз.

Бластер улетел куда-то в угол, Босск ушиб плечо об опрокинутый стол. Едва не потерявший от удара сознание ящер смутно ощущал, как ему в спину врезаются обломки. Зрение понемногу прояснилось, и хотя по периферии еще клубился кровавый туман, трандошан разглядел фигуры стоящих над ним - Трин Восс'он'т и безымянный старатель.

– Теперь понял?
– штурмовик улыбнулся.

Одной рукой он направлял бластер в поверженного охотника, второй снимал миниатюрный комлинк, который свисал из-под сморщенный, напоминающей розовый мох дыхательной маски шахтера. Глаза землекопа, спрятанные за выпуклыми круглыми линзами, вживленными под надбровные дуги, тупо смотрели вперед.

– Обожаю выкидывать деньги на полезные вещи, - имперец нажал на кнопку, и его голос зазвучал из комлинка, - И это не единственный житель колонии, которому я плачу. Они все у меня на довольствии. Мне так нравится.

Он выключил микрофон и снова заговорил своим собственным голосом.

– Им хватает сообразительности работать на меня, а вот чтобы справиться со сложным коммуникационным оборудованием, мозгов все-таки маловато, - он похлопал старателя по черепу, напоминающему шлем.
– Приходиться выкручиваться и отдавать приказания лично. Люблю, знаешь ли, порой пошутить.

Старшие офицеры штурмотрядов пользуются репутацией утонченных садистов; теперь Босск понимал - почему. Трандошан приподнялся, сумрачно меряя взглядом стоявшего над ним человека.

– Что ты собираешь со мной сделать?

– Да то же самое, что и с другими гостями, - Восс'-он'т опустил руку с бластером.
– И то, что я сделаю с другими самодовольными дураками, которым помнилось, будто они разберутся со мной.

Штурмовик махнул топчущемуся на месте старателю.

– Подними этого дурака.

Две уродливые руки скользнули Босску под мышки и грубо дернули вверх; волей-неволей пришлось встать на ноги. Последствия удара по голове еще не прошли, и когда рудокоп шагнул в сторону, трандошан пошатнулся, но устоял.

Теперь он смотрел прямо в черный зрачок бластера.

– Ладно, охотник за головами, - Восс'он'т криво усмехнулся, улыбка его не украсила.
– Не считай, будто я не обдумал твое предложение. Будь уверен, я всерьез его обмозговал… но уже слышал подобные разглагольствования от двоих твоих коллег, которые приходили незадолго до тебя.

Палец беглого штурмовика приласкал спусковой крючок.

– Я уже решил, что ваши услуги мне не понадобятся.

– Обожди минутку! Мы могли бы работать на пару…

В голове еще шумело, Босск с трудом соображал.

– Могли бы, - согласился верзила.
– Но поскольку ты нас покидаешь, с кем же мне договариваться?

Палец нежно стал нажимать на спуск.

– Попробуй договориться со мной.

Босск сокрушенно подумал, что стукнули его, видать, чересчур сильно, но последнюю фразу не произносил ни он, ни штурмовик.

Голос был сипловатый и очень знакомый. И принадлежал Бобе Фетту.

Сконцентрировавшись, Босск увидел, что Восс'он'т изумленно разглядывает миниатюрный комлинк у себя в кулаке.

– Не может быть… - пробормотал штурмовик.
– Не может…

– Верно.

Одно слово, холодное, лишенное окраски, и вовсе не из микрофона. Оно было произнесено в живую, и говоривший стоял у Босска за спиной. Штурмовик удивленно взглянул мимо своей жертвы. Кто-то взял трандошана за шиворот; один крепкий толчок - и ящер опять чуть было не полетел кубарем. Наверное, он все-таки очень здорово ударился, может быть, даже контузию небольшую заработал, потому что то, что он дальше увидел, едва ли могло приключиться в действительности. Пальцы вытянутой руки землекопа вдруг удлинились, превращаясь в жутковатый букет экзотических древних клинков, и сомкнулись вокруг предплечья Воес'он'та. Захваченный в плен бластер все же выстрелил, вспышка озарила открытые швы протеза. Затем исчерканное шрамами лицо дезертира исказилось от ярости и боли, потому что старатель легким движением чуть было не вывернул ему руку из сустава, Имперец обрушился на кучу сломанных стульев.

– Держи, - произнес голос Фетта, когда дюрасти-ловая ладонь раскрылась и поднесла конфискованное оружие Босску.
– Не давай ему шевелиться.

Трандошан цапнул бластер и прицелился в штурмовика, краем глаза наблюдая за дальнейшими метаморфозами землекопа. Первыми отстегнулись чудовищные протезы и с лязгом упали на пол. Оказавшиеся по ними поцарапанные красно-коричневые наручи, нашпигованные электроникой и орудиями смерти, были более чем знакомы. Следующим в сторону полетел фальшивый горб, пригибающий шахтера к земле; «старатель» выпрямился во весь рост, сбросив остатки маскарада. Потрепанный боевой мандалорский доспех и глухой шлем с узким визором (последней развернулась небольшая антенна аудиосенсора) подтвердили личность не хуже идентификационной карты. Боба Фетт брезгливо отодвинул тряпье и куски металла ногой.