Шрифт:
— Что решит тинг? — спросил конунг.
— А что тут решать? — сказал один из ярлов. — До конца месяца мы успеем.
— Это решение тинга, — сказал другой ярл.
— Как ты смотришь на это? — Конунг посмотрел на Торбьерна.
— Давно я не был у Гунбьерна.
— Жены! — крикнул Трюггвас. — Открывайте третью бочку…
Когда я обещал отцу, что увижу дальние земли, то не думал, что это случится так скоро. Всего полгода назад я жил в Коростене, набирался ума-разума, постигая нелегкую науку управления народом древлянским, учился мечом владеть да с ним в игрушки дедовы играть. А вот теперь оказался на краю Мира. Пусть и не по своей воле, да, видно, нужно было Даждьбогу, если закинул он меня туда, где еще не ступала нога древлянская. В страну с непривычным для моего уха именем — Нортумбрия.
Легкая добыча, обещанная Свеном Вилобородым, оказалась не такой уж легкой. Викинги завязли в тяжелой войне против саксов.
Княгиня саксов, или как ее называл Орм, королева Этелъволъд, оказалась умелой, а главное, удачливой предводительницей своего народа. Она собрала вокруг себя хороших воевод. Для меня было диковинным то, что баба способна стать во главе целой страны…
Как же плохо тогда я знал женщин…
7 августа 943 г.
Ватага Торбьерна расположилась на покрытом зеленой травой невысоком холме. Стояли, судачили, смотрели с холма вниз. Хевдинг Орма предводителем послал. Сам-то уж староват. Хоть и крепкий на вид, да силы уже не те. Оттого и в сторонке стоит. А Орму в самый раз. Крепок. Зол. Кричит. Ругается. Кулаками машет.
А внизу, в трех полетах стрелы, по берегу зачахшей речушки скакали разодетые в пестрые плащи саксы. Что-то кричали. Ветер доносил до нас их возбужденные голоса.
Не понимал я их речи. Только и так было ясно, что готовят риттеры своих ратников к битве. Богов мне неведомых на подмогу призывают.
— Смотри, трэль, — пихнул меня в бок Орм. — Видишь, сколько народу на этом поле сегодня сойдется? — повел он рукой.
Оглянулся я, и верно. На ближайших холмах стояли викинги, готовые к бою. Здесь и норвеги Торри Короткоухого, и ютландцы Трюггваса, и воины Свена Вилобородого, и Бьярни со своей ватагой, и плените л и мои, ставшие за эти месяцы своими…
Только и там, внизу, войско немалое. И видел я, отцовские наставления вспоминая, что хоть и больше викингов числом, только каждая ватага в отдельности. Сама за себя, а другие им побоку. У саксов и порядка поболе будет, и ополчены они лучше.
И пусть ярятся морские бродяги. Пусть бранятся со своих холмов на супротивников, только словами битву не выиграть. Тут либо числом нужно, либо умением.
А саксы умением богаты. Отряды у них ровными рядами по берегу выстроились. Не хуже наших древлянских полков. Над каждым полком свой стяг реет. Пардусы [117] на стягах. Орлы да олени. Риттеры у них вроде наших боляр. Приказания раздают. А там, за речушкой, королева Этельвольд свой шатер поставила. В белом как снег плаще она. Рядом с ней воеводы. Посыльные конные. Охрана. Все по уму. С холма видно все. Только в руки не взять. Далеко. Да и не моя это война. Не моя битва…
117
Пардус — гепард.
— Эй, вонючки! — орет Орм и кулаком саксам машет. — Чтоб вас подняло да не опустило! А королеву вашу веслом попользуем. Она до больших причиндал дюже охоча!
Смеются варяги, а мне не смешно. Тяну я его за руку.
— Слышь, Могучий, — говорю. — Чую я недоброе.
Он от меня отмахнулся:
— Откшни, сопля зеленая. Не до твоих боязней мне сейчас. С Торбьерном оставайся. Хевдингу спокойнее будет с холма за боем наблюдать. Вот и ты при нем будешь.
— Хорошо, — я ему. — Только если что не по-твоему пойдет, ватагу вон туда, через рощу, уводи. Конники в деревах особо не разгонятся, а ратники у саксов тяжелые. В броне своей не разбегутся.
— Больно много на себя берешь, трэль, — грозно на меня Орм взглянул.
— Трэль прав, — вступился за меня Торбьерн. — И дело говорит. Через рощу да в Глубокую бухту людей веди. Мы там вас ждать будем. Я Борна предупредил, чтоб драккар на воде держал [118] .
— Как скажешь, хевдинг, — кивнул Орм. — Но сдается мне, что сегодня не нам, а им, — махнул он своим топором в сторону саксов, — об отступлении и спасении думать надо. Смотри, силища-то у нас! Силища!
118
Как правило, если викинги надолго оставались на берегу» они вытаскивали драккары на берег.
— Горяч ты что-то сегодня, Орм, — покачал головой хевдинг.
— Так разве это плохо?
А тут над холмами клич разнесся:
— О-о-один!
— О-о-один! — подхватил этот клич Могучий Орм.
— О-о-один! — взревела ватага.
— Давай, Орм! Веди людей! — крикнул Торбьерн. Я на него смотрю, а у него глаза горят. И ему в драку хочется, только не его уже время. Его время прошло. А мое не настало…
И хлынула с холмов орущая волна. Покатилась вниз, на войско королевы саксов.