Вместо этого Аннетта рванулась к двери. Джон Патрик заслонил выход, а потом закрыл рот Аннетты поцелуем, заглушив крик, но он крепче прижал ее к себе, стараясь успокоить бурю, бушевавшую в ее душе.

Аннетта не отвечала на его поцелуи. Она словно покрылась льдом неприятия, а в ее напряженной позе было столько ярости, что он неохотно разжал объятия.

— Не кричите.

— Или вы убьете меня?

— Помните, в доме полно народу.

Она отступила на шаг.

— Так вы мне угрожаете?

— Я хочу сказать, что от вашего молчания выиграют все.

— Айви на вашей стороне?

— Он мой друг.

В этот момент дверь открылась и вошел Айви.

Джон Патрик отступил, увлекая Аннетту с собой.

— Кто-нибудь слышал выстрел? — спросил он.

— Эй. Бетси, но я сказал, что это палят пьяные солдаты на улице. Но я, кажется, слышал еще один выстрел?

Это был скорее не вопрос, а утверждение.

— Да, мисс Кэри проделала во мне еще одну дырку. Но это несущественно. А что, нашего английского друга кто-нибудь еще сопровождал?

Айви покачал головой:

— Нет. Он не рассчитывал повстречать вас здесь. Наверное, у них был просто приказ осмотреть те дома, где еще не было обыска. Но думаю, этих, что пришли, скоро хватятся.

— Ты лучше свяжи сержанта, пока он не пришел в себя, и приведи двоих человек с улицы.

— У вас кровь идет.

— Пустяки.

— А мисс Кэри?

— Я ее задержу до твоего возвращения.

Айви кивнул и вышел.

Аннетта стояла тихо-тихо. Слишком тихо. Он понял, что она ждет нового шанса убежать, и сказал:

— Если вы поднимете тревогу, этот английский сержант умрет, и все, кто в доме, могут пострадать.

Она знала, что он так и сделает. Страх боролся в ней с яростью.

— Вы поклянетесь, мисс Кэри? Вы поклянетесь жизнью своего отца, что исполните мое приказание?

Джон Патрик знал, что не должен проявлять слабости.

Ему приходилось извлекать пользу из репутации, которой он не имел оснований гордиться. Он должен внушить ей страх. Все в нем восставало против этой мысли, но слишком велики были ставки в этой игре.

— Скажите вслух и громко, мисс Кэри, что вы будете следовать моим указаниям. Неукоснительно.

— Иначе вы погубите моего отца?

— Все до одного в этом доме погибнут, — повторил он. — Вы укрывали в своем доме беглеца. Не думаю, что англичане поймут вас правильно.

В ее глазах промелькнул гнев, но и понимание.

— А доктор Марш?

— Он так же невиноват, как и вы, но не думаю, что для англичан это будет иметь большое значение.

Он старался говорить как можно равнодушнее.

— Вы достойны презрения, — заявила Аннетта.

Джон Патрик вздохнул, у него не было времени на споры.

— На этот счет мы договорились, но мне нужно ваше слово. Немедленно.

Она с трудом сглотнула и нерешительно спросила:

— А если я обещаю?

— Тогда никто не пострадает.

Аннетта красноречиво посмотрела на мертвого офицера.

— Ну, тут уж кто кого, согласитесь, — усмехнулся Джон Патрик, хотя ему было совсем не до смеха.

— Что вы хотите сделать со мной?

Он заколебался. Он не мог позволить себе поверить ей на слово. Один промах — и Ноэль за все расплатится сполна. Брата надо предупредить, но и Аннетту с отцом теперь нельзя бросить.

В его мозгу начал складываться план, но времени посвящать Аннетту в подробности не было.

— Вы будете в целости и сохранности. Вам нужно только оставаться здесь, пока я не закончу кое-какие дела.

— А потом?

— Повторяю, что ни вы, ни ваш отец не пострадаете, если поступите так, как я скажу, — с досадой произнес Джон Патрик. Время уходило. Драгоценное время.

Она сжала кулаки, и косточки пальцев побелели. Он отлично помнил это чувство беспомощности.

— Как я могу вам верить?

— Порукой мое честное слово.

— Я знаю, чего оно стоит.

Это было самое страшное оскорбление, которое ему когда-либо наносили, но он сделал над собой огромное усилие и спокойно произнес:

— У вас всего десять секунд, чтобы принять решение.

— Будьте вы прокляты, — сказала Аннетта и так закусила губу, что из нее брызнула кровь.

В дверь резко постучали. Вошел Айви и с ним еще двое в английских мундирах. На мгновение лицо Аннетты оживила надежда.