Аннетта закусила нижнюю губу.

— С помощью всего нескольких человек?

— Нас теперь больше, мы только что освободили заключенных из уолнат-стритовской тюрьмы, — ответил он, и кровь застыла у нее в жилах. Он так явно наслаждался своим успехом. Мужчины играют в свои мужские игры. Они с упоением разрушают все вокруг, а женщины, дети и старики расплачиваются.

— Вы безумец, — прошептала она.

— Да, говорят, — согласился он, но лицо и голос его стали серьезны. — У меня мало времени. Мы должны поднять паруса прежде, чем бал у генерала закончится. — И, помедлив, добавил: — Я хочу, чтобы вы написали письмо. Сообщите в нем своей тетушке, что внезапно и очень серьезно заболела одна из ваших родственниц и вы должны срочно выехать к ней. Ваш отец уезжает вместе с вами, и вы не хотели обеспокоить кого-либо своим отъездом.

— Но никто этому не поверит.

— Значит, вам придется постараться. Иначе я буду вынужден захватить с собой вашу тетушку, Франклина, Бетси…

— Вы не посмеете!

— Нет, Аннетта, посмею. От меня зависят жизни более чем полусотни человек. Я не могу рисковать тем, что вы поставите на ноги всех англичан.

Он снова помедлил и добавил:

— И еще одно. Никто из ваших близких не должен знать, что сюда приходил с обыском английский офицер. Никто пальцем на ваш дом указывать не станет, но вы-то знаете, что он приходил, и я не могу допустить, чтобы об этом узнали другие.

Взгляд его стал напряженным:

— Если кто-нибудь заподозрит, что вы укрывали в своем доме Звездного Всадника, все решат, что вы делали это добровольно вместе с вашими домашними.

Да, он прав. Он подверг все ее семейство ужасной опасности.

— Но зачем вам нужен мой отец? Оставьте его здесь.

— Вы хотите уехать одна, без него?

Он очень аккуратно поймал ее на слове. Ловушка захлопнулась.

— Куда?

— Туда, где он будет в полной безопасности и где сможет получить лучший уход.

— А почему я должна верить вам?

— Неужели вы думаете, что я могу причинить ему зло? — Голос у него явно смягчился.

Она вдруг вспомнила о том, как он был добр к отцу. Только ему одному удалось зажечь искру интереса в глазах старика. В этом она, пожалуй, могла верить пирату. По крайней мере, в том, что он не хотел причинять отцу зло. Но разве похищение не означает зла само по себе?

— Вы уже его причинили, — ответила Аннетта. — Вы сами сказали, что англичане не простят тех, кто дал приют преступнику.

— У нас больше нет времени, — голос его снова стал жестким. — Пишите письмо.

— У меня нет бумаги.

Он вынул листки из стола — те самые, что несколько дней назад попросил у нее, чтобы написать письмо ей самой.

— Вот вам бумага, — сказал он и с нетерпением стал ждать, когда письмо будет готово. — Что-то вы не торопитесь. Не приказать ли моим людям всех поднять на ноги? Из-за английских раненых, правда, могут возникнуть кое-какие проблемы.

— Вы не посмеете! — воскликнула она.

— Вы так думаете? В вашей английской тюрьме мои люди едва не умерли с голоду, ожидая, пока я их освобожу.

Теперь его глаза мерцали холодным зеленоватым блеском. Этот человек ничем сейчас не напоминал молодого непоседу-лейтенанта. Аннетта вздрогнула. Он способен на все — в этом она уже не сомневалась. Нет, она не может рисковать жизнью раненых солдат, ведь он возьмет их всех в заложники. Она быстро написала вполне убедительное послание про смертельную болезнь тетушки Эгнес, сообщив, что лейтенант Ганн уезжает в Нью-Йорк и она решила ехать с ним. В случае чего он может ее защитить. Отца она берет с собой, так как он к сестре Эгнес всегда был очень привязан. Она, Аннетта, надеется в скором времени возвратиться домой.

Джон Патрик взял письмо и быстро прочел.

— Очень хорошо, — одобрительно сказал он, и Аннетте очень захотелось дать ему пощечину. Он сложил письмо. — Я оставлю его на столе в вестибюле.

А затем он взял Аннетту за руку и вывел из комнаты. За дверью ожидали те двое.

— Ведите ее в карету. Я скоро приду. — И он посмотрел на одного из своих людей. — Ты останешься с ней в экипаже. А ты, Том, поднимись наверх, вторая дверь слева, и возьми что-нибудь из одежды для мисс Кэри, и обязательно теплый плащ.

— Как вы заботливы, — процедила она саркастически.

— Стараюсь быть вам полезен.

Он исчез в коридоре, оставив ее на попечении двоих мятежников.

Джон Патрик послал своего человека проверить, где Ноэль, но брата дома не оказалось и Малькома тоже. Ноэль, разумеется, отправился на бал к генералу. Джон Патрик оставил брату письмо, торопливо нацарапанное еще в капитанской каюте «Мэри Энн». Конечно, брат никогда не поймет смысла его поступков, хотя у него, Джона Патрика, были веские причины поступить именно так. Его родные смогут позаботиться о Хью Кэри. Джон Патрик был уверен также и в том, что в Мэриленде Аннетта и ее отец будут в большей безопасности в течение следующих нескольких месяцев, чем в Филадельфии. Однако он не мог ей об этом сказать. Она просто бы ему не поверила.