Внимательно посмотрев на бледное лицо Джинни, Сэм Мердок отвесил ей почтительный поклон:

— Позвольте пожелать вам доброй ночи, мадам. Думаю, вам и в самом деле необходимо отдохнуть. Вам не нужна помощь?

Джинни собралась с силами и покачала головой. Оказавшись в своей спальне, она быстро заперла дверь и бросилась к медному умывальнику, где ее вырвало.

Джинни казалось, что хуже, чем сейчас, она себя никогда не чувствовала. «В жизни больше не выпью ни капли шампанского — никогда, никогда!» — Она ощущала озноб и страшную слабость. Опершись на мраморную подставку умывальника, Джинни подумала, что лучше уж умереть, чем испытывать подобные мучения.

Ей с трудом удалось добраться до кровати. Все тело у нее болело, и Джинни так знобило, что раздеться сама она не могла. Однако, стоило ей лечь, как комната закружилась.

Застонав, Джинни поднялась. Возможно, если она глотнет немного свежего воздуха, ей станет лучше. Скинув туфли, она босиком, слегка покачиваясь, подошла к окну, выходившему на террасу, и распахнула его. Прохладный ночной воздух хлынул в комнату. Джинни заметила каменную лестницу с пологими ступеньками, ведущую вниз, на другую террасу.

Наконец-то она почувствовала себя лучше. Правда, теперь она дрожала от вечерней прохлады и охватившей ее слабости.

Что же с ней происходит? Она вспомнила проницательные голубые глаза Сэма Мердока, который, казалось, заметил все: отвратительную сцену с сэром Эриком и то, что она непристойно пьяна. Ужасно! Отвратительно! Как она дошла до этого? Можно легко представить, что подумал о ней Сэм Мердок. Но он, что бы о нем ни говорили, настоящий джентльмен. В сущности, он ее спас. Ну отчего, спрашивается, она напилась? Чтобы сэру Эрику было легче ее соблазнить? Баронет, несомненно, не преминул бы воспользоваться ее состоянием и осуществил свой план, не помешай ему мистер Мердок, появившийся так вовремя.

Прикрыв глаза, Джинни глубоко вздохнула. «Постарайся не думать об этом», — сказала она себе. Слишком уж много неприятных мыслей одолевает ее, и она не может в них разобраться. Как она встретится, например, завтра с сэром Эриком? Лучше уж думать об этой восхитительной ночи, бездонном небе и наслаждаться благоуханием жасмина. Ей вдруг почудилось, что неподалеку кто-то закурил сигару. Может, один из гостей тоже вышел подышать воздухом? Не пора ли ей закрыть окно и скрыться за шторами?

Странный звук донесся из комнаты, и Джинни, онемев от ужаса, обернулась.

В ее спальне стоял сэр Эрик Фотерингей в кителе военного покроя. Он слегка покачивался и широко ухмылялся, глядя на нее:

— Ждали меня, не правда ли? Догадываетесь, зачем я пришел? Мы кое-что с вами не закончили. Но вам давно уже следовало раздеться — или вы решили предоставить это мне?

Она подалась назад, но за ней была кирпичная стена.

Думая, как бы спастись, она вспомнила о каменной лестнице. Впрочем, Джинни сомневалась, что сможет ею воспользоваться, ибо еле держалась на ногах.

— Так в чем же дело, маленькая леди? Вы ведь не очень стесняетесь меня, правда? Не надо разыгрывать из себя недотрогу — к чему притворяться? Мы с вами знаем, почему вы здесь, в моем доме. Так что давайте начнем… — Сэр Эрик стал приближаться к ней, говоря довольно дружелюбно, но его маленькие сверлящие глазки следили за каждым ее движением. Несмотря на несколько нетвердую походку, сэр Эрик казался очень сильным.

— Давайте начнем… — повторил он. — Вы ведь не хотите схватить простуду? А в постели нам будет очень хорошо и тепло.

— Замолчите! — вдруг взорвалась Джинни. — Знали бы вы, как нелепо выглядите и как отвратительны были час назад! Я вовсе не расположена ложиться с вами в постель. Поэтому будьте любезны покинуть мою спальню!

Глаза сэра Эрика сверкнули гневом.

— Ага, обычные женские штучки! И это после ваших авансов! Ведь были авансы, дорогая! Вы не слишком противились, когда я вас поцеловал. Я-то знаю, что вы весьма опытны, несмотря на ваш постоянно затуманенный взор. Я понял это с самого начала. Так что давайте начнем, а притворяться будете потом. Времени у нас хватит, можете не сомневаться.

Он вдруг бросился к Джинни и попытался схватить ее. Ей удалось увернуться, но при этом оборвалась лямка, поддерживавшая платье, и одно плечо обнажилось.

Англичанин плотоядно усмехнулся и протянул к ней руки. Теперь он пытался сорвать с нее платье, вцепившись толстыми пальцами в ворот. Сэр Эрик вел себя как животное.

Охваченная ужасом и ненавистью, Джинни закричала. Выставив перед собой руки, она попыталась оттолкнуть англичанина. Сэр Эрик, опешив от столь неожиданного отпора, сделал шаг назад и вдруг, потеряв равновесие, с грохотом упал на пол. При этом он ударился головой об одну из открытых оконных створок и пробил стекло. Острые обломки стекла посыпались на него, и он затих.