Леди Хедли пришла в голову блестящая мысль обсудить первый бал Хелены и остановить таким образом этот поток деловой болтовни, поэтому вторая половина обеда прошла более оживленно.

Северн выпил в одиночестве свой портвейн и, выйдя к дамам, страшно удивился сообщением, что Хелена поднялась к себе в комнату, намереваясь написать несколько писем и просмотреть последние журналы мод.

– Может быть, ты сказала ей, что я уезжаю? – спросил он свою мать.

– Нет, дорогой. Я даже подчеркнула, что ты весь вечер проведешь дома. Возможно, именно поэтому она и поднялась к себе. Думаю, я последую ее примеру.

Осадив его таким образом, леди Хедли вышла из комнаты, оставив Северна в одиночестве. Мрачно уставившись в стену, он размышлял о том, в чем и когда совершена с его стороны ошибка. Хелена, излучая в его присутствии улыбки и очарование, на самом деле ничуть им не интересовалась. Судя по нескольким фразам, брошенным его холостыми друзьями в парламенте, Хелена, скорей всего, произведет настоящую сенсацию, появившись в обществе. «Кто эта красавица, с которой ты так важно прогуливался сегодня утром? " – спросил один из знакомых. А некоторые добивались разрешения заехать и быть представленными леди Хелене.

Северн вскочил с кресла и нервно зашагал по комнате. Что-то темное на полу у края стола привлекло его внимание. Наклонившись, Северн обнаружил локон черных шелковистых волос. Ее волос. Северн огляделся, пытаясь найти место, куда можно было бы спрятать мягкую прядь. Его взгляд задержался на ящиках стола. Северн выдвинул средний из них и опустил локон на стопку газетных вырезок, уже пожелтевших от времени. Затем, с видом обреченного на убой барашка, направился к груде бумаг, ожидающих его в кабинете.

В течение следующих двух недель жизнь на Белгрейв-сквер представляла собой поток суматошных приготовлений. Лишь для Хелены надо было срочно изготовить несколько костюмов, которые она могла бы одевать до открытия Сезона. Услужливая мадам Беланж работала день и ночь, стараясь сделать все, чтобы ее сиятельство выглядела бесподобно, принимая гостей или отправляясь на прогулки. Затем нужно было подумать о приеме Хелены во дворце и организовать ее собственный бал. Из-за позднего прибытия, последнее мероприятие решили отложить до середины мая Еще не будучи представленной королеве, Хелена уже наслаждалась обществом многочисленных визитеров. И при каждом удобном случае она, соблюдая приличия и осторожность, наводила справки о миссис Петрел-Джоанз. Пока ей не везло. Никто из новых знакомых не знал эту даму.

Леди Хедли могла лишь удивляться насмешкам своего сына над тем огромным успехом, который имела его кузина. Неужели Эдвард не понимает, что каждый новый посетитель – его потенциальный противник. И, вдобавок, он все больше времени проводил на Уайтхолле. Визиты миссис Комсток и ее дочери стали ежедневными, как только они поняли, что дом леди Хедли благодаря присутствию в нем Хелены, собирает большое количество молодых людей знатного происхождения. Дружественные отношения не уменьшили натянутости в их отношениях. Наоборот, мисс Комсток считала своим долгом без конца поучать Хелену.

«Не следует слишком фамильярничать с джентльменами, кузина, – предупреждала она. – Иначе мужчины постараются извлечь выгоду из теплого дружеского отношения к ним». По ее хитрому виду можно было предположить, будто она сама страдала от такой участи. Это было настолько смешно и нелепо, что Хелена совершенно не обращала внимания на ее советы.

Платье для бала и приема у королевы грозило стать слишком дорогим. Когда леди Хедли горестно намекнула, что не сможет оплатить такое количество счетов, Северн, главный финансист в семье, предложил взять на себя обязанности банкира. Получив чек за бальное платье, он счел благоразумным прочесть леди Хелене небольшую лекцию.

– Не забывай, это платье ты, скорей всего, никогда больше не оденешь. Оно слишком шикарно для обычных приемов.

– Но я должна выглядеть лучше всех, когда меня будут представлять королеве.

– Конечно, я понимаю. Однако, можно произвести впечатление и в платье дешевле 350 фунтов стерлингов. Насколько я помню, наряд Марион, в котором она предстала перед королевой, стоил едва ли одну треть этой суммы.

– Хорошо, Эдуарде, – покорилась Хелена, но ее хитрая улыбка говорила совсем другое. – Придет время, и станет ясно, стоило ли так тратиться.

– Что ты имеешь в виду?

– Посмотрим, кто отхватит лучшего жениха. Ты не забыл, что мой папа ждет от меня замужества с очень состоятельным человеком?

– В таком случае, ты наверняка не станешь выбирать мужа из той толпы, которая заполняет нашу гостиную каждый вечер? Рутледж, хотя и заинтересовался хересом, здесь пока не появлялся.

– Тебе не стоит относится к этим людям с подобным пренебрежением. Это не я их приглашаю. Они же твои знакомые.

– Он усмехнулся: