Шрифт:
— Ой! — вырвалось у меня. — Всеми?
— Буквально. От начисления зарплат до управления вентиляцией в жилищах. Хотите с ним поговорить?
— А… можно?
— Каждый может встречаться с Президентом сколько угодно! Телепортационный ход мгновенно перебросит вас в подпространство виртуальной приемной!
Она взмахнула рукой, и стена с картинками исчезла. За ней появилась небольшая комната, пустая и светлая.
— Прошу! — сказала Мария. — По окончании беседы попросите вернуть вас в кабинет 415 — ксенопсихолог Мария Парасюк. Я буду ждать! Не забудьте: 415, Мария Парасюк!
Я шагнул в комнатку, и стена бесшумно закрылась. Я остался один. Стало не по себе.
— Эй, Мария! — сказал я.
— Президент слушает вас! — загрохотало со всех сторон, и сразу же: — Личность не опознана! Покиньте приемную и войдите снова!
Я похлопал ладонью по стене. Стена не реагировала.
— Кабинет 415, Мария Парасюк? — произнес я.
— Президент слушает вас! — загрохотало снова. — Личность не опознана! Покиньте приемную и войдите снова!
По коже побежали ледяные мурашки.
— У меня еще не выбрана типовая конфигурация!!!
– крикнул я в отчаянии.
— Подождите, — удивленно откликнулся Президент. — Идет сканирование базы…
Он молчал долго. И наконец объявил:
— Личная запись не найдена, создаю новую. Сообщите дату и место рождения.
— Новосибирск. Первое марта тысяча девятьсот семьдесят восьмого года.
— Какого-какого года? — удивился Президент.
— Одна тысяча девятьсот семьдесят восьмого…
Президент долго молчал. Мне показалось — целую вечность.
— Ошибка, — произнес он наконец. — Вычислен отрицательный возраст жизни… Единая База повреждена или отсутствует… Произвожу попытку восстановить Единую Базу… Единая База не найдена… Программа Президент выполнила недопусти…
И свет в комнатке начал медленно гаснуть.
29 февраля 2002, Москва, иллюстрации О. Окунева
ПИСЬМО ПАУЛЕ
Стены кабинета были заставлены аппаратурой, колбами и клетками. В клетках ползали мыши. Время от времени поднимались на задние лапки и подозрительно косились на майора. В углу бурчал громадный технологический холодильник для образцов и препаратов. Майор знал, что профессор по большей части хранит там пиво, но ничего сделать не мог.
Пофессор, как обычно, сидел за монитором, откинувшись на спинку кресла и заложив руки за голову. Он всегда брился наголо, и сейчас его пальцы были сцеплены на макушке, будто он сжимал футбольный мяч. «Такой молодой, а уже такая сволочь!» — подумал майор. Он еще раз вежливо постучал в дверной косяк, но профессор его не замечал. Тогда майор кашлянул.
— Добрый день, профессор. Не помешал?
— Помешал… — пробасил профессор, не оборачиваясь.
— Служба такая, — казенным тоном произнес майор и подошел ближе, настороженно разглядывая экран. — А чем заняты?
— Работаю, — отрезал профессор. — Или у вас сегодня отказали все камеры слежения?
— Как движется проект радиационной защиты кожи? — начал майор, подходя поближе.
— Движется, — поморщился профессор.
— Кто обещал закончить к концу месяца?
— Кто обещал устроить мне отпуск? — Профессор рывком повернул кресло и зыркнул на майора из-под насупленных бровей.
Майор приосанился и вздохнул.
— Профессор, вы же умный человек? — начал он.
— Можете не продолжать, я знаю, что вы скажете дальше, — кивнул профессор.
— Да, — сказал майор. — Вы сами себе портите жизнь! Не надо думать, будто кругом идиоты и мы ничего не знаем! Мы знаем все! Зачем вы это сделали?
Профессор удивленно замер, брови его поползли вверх, а лоб, плавно переходящий в бритую макушку, пошел складками. Наконец он ехидно прищурился:
— И что именно вы знаете?
— А то. Зачем вы снова отправили письмо Пауле?
— Снова отправил письмо Пауле… — понимающе усмехнулся профессор. — Зачем я снова отправил письмо Пауле… Я отправил письмо своей жене.
— Зачем вы отправили в письме научные материалы? — хмуро спросил майор, подойдя вплотную.
— Я отправил письмо своей коллеге. Почему вы можете перекидываться материалами со своими американскими коллегами, а я — нет? Ведь это ваши коллеги находят мои письма в компьютере Паулы и стучат вам?
— Здесь небольшая разница, профессор, — прищурился майор. — Наши коллеги передают нам оперативную информацию. Вы же передаете за границу секреты.
— Свои секреты! — Профессор угрожающе поднял палец. — Заметьте: свои! Своей жене!