Дальнейшего не понять тем, кто этого не пережил, а большинство просто и не поверит. Вся его жизнь вдруг калейдоскопом промелькнула перед ним, и он отчетливо ощутил, что умер. Стремительно поднимаясь вверх, покидая опостылевшую ему Землю, он осознал, что сейчас окажется в открытом космосе. Его охватила паника – ведь он не защищен и умрет от холода, излучения, отсутствия воздуха. И вдруг ему пришла в голову мысль, что это не смерть, это просто возвращение домой…

– Не надо бояться, – услышал он уверенный и знакомый голос, – из семи тел ты потерял только одно, остальные шесть защитят тебя.

Сказанное не оставляло места для сомнений. Внутреннее спокойствие охватило юношу (а может, уже и не юношу – он даже своего имени в этот момент не помнил), и он смело последовал за проводником. Стремительный полет продолжался недолго, и внезапно они словно вынырнули из серого месива. Торжественный звук труб возвестил об очередном возвращении.

– Он вернулся! Он вернулся! – раздались со всех сторон голоса.

– Ты откуда? – участливо поинтересовались другие.

– С Земли…

– Бедняжка, нелегко тебе пришлось…

Первое, что он увидел, – это яркий свет, и тут же величественный зов труб наполнил радостью его душу. Радостью бытия. Радостью возвращения. Все вокруг было знакомо. Его окружали друзья. И здесь был Он, тот, перед кем предстояло держать ответ о прожитой жизни.

На фоне звезд, переливаясь яркими огнями и затмевая блеск других светил, виднелось единственное сооружение. Величественный шар необъятных размеров с отходящими от него в строгом порядке многочисленными стволами манил к себе. Жгучему желанию оказаться внутри него невозможно было противиться. Развив бешеную скорость, он устремился к тому месту, которое, без сомнения, и было его истинным Домом. Внутреннее пространство пронизывало множество коридоров, но он безошибочно находил дорогу. Новое тело – упругое, овальной формы, местами белое, местами полупрозрачное – слушалось его идеально. Беспредельное чувство радости полностью овладело им.

Остался всего один поворот – и он у себя. Вот он уже мысленно увидел то небольшое пространство, где ему предстояло обитать, как вдруг последовала яркая вспышка, и его буквально вытолкнуло. Вытолкнуло на мокрую простыню. Дыхание нормализовалось, и он больше не задыхался.

– Твое время еще не пришло. Тебе предстоит стать Стратегом Земли, – было последнее, что он услышал.

Он снова осознал себя Александром, и, хотя чувство пережитой радости еще не покинуло его, горечь постепенно овладела им. Горечь возврата к земной жизни, горечь от того, что его не оставили там, где ему только что было так хорошо. Смесь радости и горечи правила им – горечь от необходимости жить дальше, и радость от осознания, что смерти как таковой нет.

Воспоминание об испытанной им неимоверной радости теперь не покидало юношу, оно сопровождало его по жизни, заставляя менять отношение к ней. Нет, оно не стало пренебрежительным. Просто ко всему происходящему Александр теперь относился философски, наслаждаясь каждым отпущенным ему мгновением и не страшась будущего.

Решимость достигнуть цели крепла с каждым днем. Мысль о том, что же это за странная должность – Стратег Земли, – не покидала его. Пережитое во сне, во время смерти, было так реально, что не оставляло сомнений в его подлинности…

Командир особого отряда «Малиновые береты» пружинистой походкой вошел в кабинет. Малиновый спецназ – самое боеспособное сухопутное соединение на Земле. Было видно, что он сдерживает себя, чтобы не двигаться еще быстрее. Если хорошо присмотреться, то можно было заметить в его глазах еле заметный малиновый оттенок. Последствие приема мадуина, синтетического препарата, увеличивающего реакцию человека на порядок. Формула мадуина и технология приготовления имели гриф сверхсекретности. Даже Стратег не знал их, хотя в свое время курировал разработку этого препарата в БСР.

Стратег встал навстречу Командиру, между ними оставалось метров десять, когда тот вдруг резко ускорился, мгновенно преодолел разделяющее их расстояние, и в его руке блеснул нож. Казалось, ничто не в силах остановить приближение острого клинка. Полностью расслабленный и внешне не ожидающий нападения Стратег, еще до того как Командир успел с ним сблизиться, уже принял боевую стойку, и его левая рука перехватила нож в миллиметре от горла. Одновременно правая, невооруженная, рука нащупала точку на шее Командира, нажатие на которую было бы смертельным. В этих позициях они и замерли, затем улыбнулись, опустили руки и дружески обнялись.

– Как всегда расслаблен, но готовность номер один.

– А ты как всегда стремителен.

– Ну, для тебя я недостаточно стремителен. Ты опять вышел победителем.

– Так чья школа!

– Да, ты учишься быстро. Мадуин принимаешь регулярно?

– С этим все в порядке.

– Дай я посмотрю твои глаза.

– В этом нет необходимости. Малинового оттенка ты не обнаружишь. Наверное, у меня на это иммунитет.

Дело было в другом. Стратег не хотел, чтобы по глазам можно было определить его принадлежность к спецназу. Он мог в определенных пределах изменять свою внешность, но об этой его способности не знал никто.