Мика вылезла из-за пульта – она стреляла в этом бою – села рядом со мной, предоставив пилотам сажать корабль. Положила руку мне на плечи.

– Синь, ведь они нас нашли… что делать теперь?

Я быстро соображала. Что делать?

В общем-то, ничего трагичного не произошло. Сейчас я выслала троих разведчиков, они обшаривают систему вплоть до подпространственного канала – нет ли других «гостей». Но думаю – нет. Это просто одинокий охотник за головами. Шибаги не нападают друг на друга. Просто потому что нет смысла – зачем нападать на хорошо вооруженную армаду, когда вокруг столько обычных жертв. Но на меня нападать есть прямой резон.

Награда Аригайрта. Деньги. Расположение Аригайрта. Его покровительство.

Может, я действительно зря вела себя не как все шибаги? Мне надо было обзавестись союзниками. Но это значило – заниматься работорговлей самой или поддерживать гнусное дело.

Нет, решение здесь другое. Мне надо укреплять базу, причем срочно. Менять ее бесполезно – найдут где угодно. Надо строить орбитальный пояс, не одну станцию, а хотя бы восемь. Постоянно патрулирующие в космосе корабли. Вообще кораблей нужно больше, и хотя бы один крейсер.

Набирать новых людей. Строить для них инфраструктуру. Восстанавливать империю.

А для всего этого нужны деньги.

В этот раз я решила взять Лус с собой – Сальветрина перестала быть безопасным убежищем.

Взяла и Ленни, любимую няньку Лус. Дочке на корабле очень нравилось, по крайней мере, первые два месяца она постоянно была возбужденной и ничем не хотела заниматься, кроме исследования корабля и непонятных своих одиноких игр в коридорах и закоулках. «Рысей» пока было мало, и больше половины экипажа все равно составляли мужчины. Но – Мика оказалась права – уже сейчас мне стало гораздо легче поддерживать дисциплину.

Да и в бою «Рыси» оказались совсем не плохи. Уже в первый месяц мы взяли большой капеллийский грузовик с эскортом, причем один из скультеров эскорта сразу оставили себе. Груз – в основном, самое современное медицинское оборудование – мы быстро продали, а кое-что прихватили с собой. Так вот, во время штурма «Рысей» можно было направлять в самые сложные места, пожалуй, опытные наши шибаги были скорее уж на подхвате.

После грузовика удача как-то не улыбалась нам. Не удавалось засечь подходящую жертву. А может, я боялась теперь сильно рисковать, идти к самым охраняемым выходам или к Глостии – ведь на корабле была Лус. Хотя с другой стороны, мне просто ничего дерзкого не приходило в голову. Ведь план – он от вдохновения должен родиться, не сам по себе.

Микин день рождения мы отмечали впятером – Мика, я, Ку Таки, Рессер и командир «Рысей», Майлина. Лус с Ленни тоже сидели с нами, Лус получила свою порцию торта, но потом ее отправили спать.

– Хватит, ребята, – я взглядом остановила Рессера, который собирался открыть четвертую бутылку шампанского. Тот слегка обиделся.

– Принцесса…

– Мы не на земле, – сказала я сухо.

– Принцесса права, – грустно подтвердила Мика, – хватит пить. Все может случиться.

Рессер сел рядом с ней, обнял за плечи. Мика не сбросила его руку, но и не потянулась сама. Да и не очень удобно все это – мы были в бикрах. Не то, чтобы их нельзя снять, просто не располагает вся эта броня к более тесным объятиям.

Перед нами на столике мерцали псевдосвечи – Адоне упаси от открытого огня на корабле, но эти лампочки полностью имитировали интимное таинственное пламя свечей. Они освещали остатки пиршества – недоеденные салаты и заливные, растерзанный торт, грязные бокалы и рюмки. На Микином столе горкой лежали подарки – коробочки с драгоценностями, вэнский зеленый шелк, искусно вырезанные фигурки на пластинах яшмы. Мой подарок – отличный спайс, сделанный по квиринской технологии, украшенный гравировкой, именем Мики – красовался на запястье именинницы, перетягивая рукав бикра.

– Как-то тоскливо, – пробормотала Мика, – если не пить, вроде и заняться нечем.

Почему нам никогда не было тоскливо с девчонками? Когда были живы Глин и Лус, и Кари была с нами. Всегда было о чем поговорить… Да и на гитаре поиграть. А сколько лет я уже не брала в руки гитару?

Стоп. Я ведь точно знаю, что Ку…

– Слушай, Ку, – я повернулась к пилоту, – ты бы принес свой инструмент, что ли. Сыграл свои народные напевы…

– А что, можно, – Ку выскочил из Микиной каюты. Мика повторила.

– Грустно.

В глазах ее сочилась тоска. Я накрыла ладонью ее руку.

– Да ничего. Здесь, у этого выхода мы наверняка возьмем что-нибудь. Может, перерыв тогда сделаем.

Честно говоря, мне и на Гону не очень хотелось. А чем плохо здесь, на корабле? Тоска конечно, но ведь и там тоска…

Тьфу ты, это я позволила Микиному настроению меня заразить. Нельзя так…

Ку появился с гитарой. Играл он хорошо, но никогда не пел. Мелодии его родного мира, Риссы. Воздух зазвенел, и казалось, даже пламя псевдосвечей колышется от невидимого ветра. Длинные темные пальцы Ку бегали по грифу. Чем-то мне эта музыка напоминала песни в рабском бараке, на Глостии-4. Там народ темнокожий, как и Ку Таки. Может, поэтому?