Стаффорд тронул Брэннона за плечо:

– Пора. Я беру штурвал и слежу за временем последнего отсчета. Дроссели целиком твои.

Брэннон шутливо вскинул вверх обе руки:

– Машина целиком ваша, кэп!

– Кэп? – переспросил Стаффорд, скривившись, будто у него внезапно разболелся зуб. – Что за фамильярность в обращении к старшему по званию?! Объявляю вам взыскание, лейтенант. – Он включил интерком: – Минутная готовность! Сержант, открыть люк! Майор, начинаю обратный отсчет. Следите за табло.

Клири не подтвердил прием – да этого и не требовалось. Вмонтированный в табло звонок издал короткую тревожную трель. Клири подал следующий сигнал: правая рука выбрасывается вбок на уровне плеча ладонью вверх, потом сгибается в локте и касается шлема. Это была команда передним в цепочках приблизиться к люку и остановиться в трех футах от края. Майор надвинул защитные очки на глаза и начал про себя отсчитывать секунды до выброски. Внезапно он насторожился: происходило что-то не то, не предусмотренное планом. Мгновение спустя он понял, что самолет заметно снизил скорость и процесс продолжается.

– Люк открыт и зафиксирован, капитан, – бесстрастно доложил Стаффорду Хендрикс.

Голос сержанта застал Клири врасплох – он совсем забыл, что не отключил шнур от интеркома.

Рукой он подал своим людям сигнал, означающий «пятнадцать секунд до прыжка». Глаза его не отрывались от горящего табло и красных цифр обратного отсчета на нем. Все пятьдесят шесть человек команды, разбитые на две равные группы, тесно прижались друг к другу, а возглавляющий передовой отряд Шарпсберг, которому предстояло выброситься первым, завис буквально в дюймах над наклонным пандусом.

И в тот самый момент, когда пульсирующий красный свет в последний раз мигнул и погас, сменившись ярко-зеленым, майор Клири дал отмашку и повелительным жестом указал на полностью открывшийся люк.

Капитан Шарпсберг, словно подхлестнутый электрическим разрядом, рыбкой нырнул из самолета в затянутое облаками ничто. Раскинув руки и ноги, он тут же исчез из виду, как будто выдернутый гигантской пружиной. Члены его команды ненамного отстали от командира, уходя в клубящиеся облака с интервалом в несколько футов и десятую долю секунды. Примерно с той же быстротой, за которой скрывались сотни прыжков и годы тренировок, покинули борт Джейкобс и «котики». Следом, без перерыва, – Гарнет и его морские пехотинцы. Как только последний морпех соскользнул в бездну, Клири прыгнул за ним и моментально скрылся с глаз.

Хендрикс и Хоакин несколько долгих мгновений вглядывались в белесую муть под крылом, как будто не веря до конца тому, что только что произошло на их глазах. Двигаясь замедленно и неуклюже, как в трансе или под гипнозом, Хендрикс отошел наконец от люка и севшим голосом прохрипел в микрофон кислородной маски:

– Сержант Хендрикс, сэр. Докладываю: борт очищен.

Брэннон немедленно подал дроссели вперед, и уже через несколько секунд приборы показали двести узлов – половину крейсерской скорости «С-17». Грузовой пандус встал на прежнее место, и давление в отсеке восстановилось. Придерживаясь следующего пункта плана, Стаффорд переключился на секретную частоту и сообщил в штаб Южно-Атлантической группы Сухопутных сил Соединенных Штатов, что выброска завершена согласно графику. Закончив доклад, он повернулся к Брэннону:

– Надеюсь, они выживут.

– Если и выживут, то лишь по той причине, что вы нарушили приказ и сбросили их на скорости меньше нашей крейсерской на добрых двести пятьдесят миль в час.

– И еще надеюсь, что не подставил ребят своим мягкосердечием, – добавил капитан, не испытывая, впрочем, ни малейших угрызений совести. – С другой стороны, прыгать при встречном ветре на полном ходу – это верная смерть, а так у них все-таки есть шанс выкарабкаться.

– Уж кто-кто, а я спорить не стану, – хмуро согласился Брэннон.

Стаффорд тяжело вздохнул и снова включил автопилот.

– Ладно, лейтенант, проехали, дальше уже не наше дело Мы их выбросили точно на пятачок. – Он помолчал, обратив невидящий взгляд на белые облака, бестолково тычущиеся в стекло фонаря кабины и закрывающие визуальный обзор. – Нам остается только молить Господа, чтобы все они приземлились благополучно.

Брэннон бросил на него подозрительный взгляд:

– Что-то я прежде не замечал за вами склонности к молитвам.

– Да, я редко обращаюсь к Богу – только в самых тяжелых случаях, – смущенно признал Стаффорд. – Но это вовсе не означает, что я не верю в Его существование!

– Спуститься-то они спустятся, – снова заговорил Брэннон после неловкой паузы. – Боюсь, правда, что после приземления у них как раз и начнется главное веселье. Заварушка будет серьезная.

Капитан покачал головой:

– Это вряд ли. Лично я не хотел бы оказаться на стороне тех, кому придется иметь дело с парнями, которых мы только что выкинули за борт. Держу пари, что наземная операция и правда пройдет для них как увеселительная прогулка.