Повесив трубку, Кэрри вернулась к протоколу. Она читала внимательно, делая пометки и ставя вопросительные знаки. Эти розы… Действительно ли Риардон не приносил и не присылал их? А если он говорит правду, тогда кто это сделал?

Долли Боулз, нянька, которая в вечер убийства сидела с ребенком в доме напротив, заявляет, что в девять вечера видела перед особняком Риардонов машину. Но у соседей была вечеринка, и многие гости парковали машины прямо на улице. Показания Долли были очень расплывчатыми. Фрэнк Грин раскопал, что она в том году шесть раз сообщала о «подозрительных» людях, и в каждом случае «подозрительная личность» оказывалась коммивояжером или курьером. В результате присяжные вычеркнули все показания Долли.

Скип Риардон всегда был в ладах с законом, его считали добропорядочным гражданином, и все же только двое свидетелей подтвердили его репутацию. Почему?

Незадолго до убийства Сьюзан в Элпайне произошло несколько ограблений. Скип Риардон заявил, что пропали некоторые драгоценности Сьюзан, а в хозяйской спальне кто-то побывал. Но шкатулку с драгоценностями нашли на туалетном столике, а уборщица, которую пригласило обвинение, сообщила, что у Сьюзан всегда беспорядок. Она примеряла вещи, бросая на пол те, которые не хотела надевать. Туалетный столик вечно был усыпан пудрой, повсюду валялись мокрые полотенца.

— Мне часто хотелось отказаться работать на них, — заключила уборщица.

Переодеваясь ко сну, Кэрри вспоминала прочитанное. Она собиралась тщательно проверить показания двоих свидетелей. Значит, нужно договориться о встрече с доктором Смитом и навестить в тюрьме Трентона Скипа Риардона.

За девять лет после развода у Кэрри изредка появлялись поклонники, но серьезных отношений ни с кем не получилось. Ее близкой подругой была Маргарет Манн, Мардж, маленькая симпатичная блондинка, с которой они вместе учились в колледже в Бостоне и были соседками по комнате. Мардж стала банкиром-инвестором и жила на Западной 86-й улице. Иногда по пятницам Кэрри приглашала няню для Робин и отправлялась на Манхэттен, где они с Мардж обедали, шли на бродвейское шоу, в кино или просто часами болтали за десертом.

Вечером, после того как Дорсо привез протоколы, Кэрри приехала к подруге и рухнула на кушетку перед блюдом с сыром и виноградом.

— До дна, — Мардж протянула ей бокал вина. — Кстати, роскошно выглядишь.

На Кэрри был новый зеленый костюм с длинным пиджаком и юбкой почти до щиколоток.

— Спасибо, — она бросила взгляд в зеркало. — Наконец-то я улучила минуту и купила что-то новое. В результате хожу в этом всю неделю.

— Помнишь, как твоя мама, подкрашивая губы новой помадой, приговаривала: «Никогда не знаешь, с кем тебя столкнет судьба», — рассмеялась Мардж. — И оказалась права.

— В общем, да. Они с Сэмом женаты пятнадцать лет и до сих пор влюблены друг в друга, будто в первый день.

— Нам бы так повезло, — вздохнула Мардж и посерьезнела. — А как Робин? Надеюсь, порезы хорошо заживают?

— Вроде неплохо. Завтра веду ее на консультацию к другому хирургу.

— Я как раз хотела тебе это посоветовать. — Мардж поднялась. — Я рассказала на работе, что случилось, и упомянула доктора Смита. Один из маклеров, Стюарт Грант, сразу встрепенулся. Сказал, что его жена как-то консультировалась со Смитом, хотела убрать мешки под глазами, но решила не прибегать к его услугам. Ей показалось, с ним что-то не так.

— То есть? — насторожилась Кэрри.

— Понимаешь, его жену зовут Сьюзи, но доктор Смит все время называл ее Сьюзан. Сказал, что мешки, конечно, можно убрать, но он порекомендовал бы сделать полную пластическую операцию. Заявил, что видит в ней признаки настоящей красоты и она тратит жизнь впустую, не пользуясь всеми ее преимуществами.

— Давно это было?

— Года три-четыре назад. Да, вот еще что. Смит долго говорил Сьюзи, что красота — это большая ответственность, но некоторые люди злоупотребляют ею, специально вызывая ревность и напрашиваясь на насилие. — Помолчав, Мардж спросила: — Кэрри, в чем дело? У тебя странный взгляд.

— Мардж, это очень важно. Ты уверена, что Смит говорил, будто женщины напрашиваются на насилие?

— Так сказал Стюарт.

— У тебя есть его телефон? Я хочу поговорить с его женой.

— Есть только на работе. Они живут в Гринвиче, но в телефонной книге их номера нет. Так что придется подождать до понедельника. Но все-таки в чем дело?

— Расскажу за обедом, — рассеянно бросила Кэрри, вспомнив строчку из протокола: доктор Смит присягнул, что его дочь опасалась за свою жизнь из-за необоснованной ревности Скипа. Он лгал? Возможно, Сьюзан дала мужу повод для ревности? А если так, к кому тот ревновал?

В восемь утра в субботу Кэрри позвонил Джефф:

— Мне передали твое сообщение. Сегодня я еду в тюрьму Трентона, к Скипу. Поедешь со мной? Нам нужно быть в тюрьме без пятнадцати два, если мы хотим договориться о посещении на три часа.

— Конечно, поеду, — ответила Кэрри. — Но мне нужно еще свозить Робин к врачу, так что встретимся прямо там.

Двумя часами позже Кэрри и ерзающая от нетерпения Робин сидели в офисе пластического хирурга Бена Ротта, в Ливингстоне, Нью-Джерси.