Магистр по слогам считал с экрана компьютера адрес фирмы, где практиковала Ведьма Востока, и любезно сообщил, что сегодня, в субботу, «Тайна жизни» открывается с утра (в обычные дни часы работы смещались ближе к вечеру).

– …Вы как раз успеете к открытию. – Он явно спешил избавиться от малоприятных посетителей. – Прощайте, полезно было познакомиться.

– Не ври! – Ястреб встал с кресла, потянулся. – Не было тебе приятно.

– Я сказал не приятно, а полезно. – Магистр позволил себе улыбнуться. – Давно хотел установить на входе металлоискатель, и ваш визит укрепил меня в этом желании.

– Интересно, папаша, а как ты крупным посетителям объяснишь, что надо оружие на входе сдавать?

– Элементарно. Скажу, что все металлы, кроме благородных, негативно влияют на энергетику помещения. Фрида! – Довольный своей шуткой, магистр нажал на кнопку селектора. – Фрида, проводи гостей к выходу. Прощайте, господа!

– Счастливо, папаша!

Обратный путь из белого кабинета до входной двери показался много короче. Фрида шла впереди, за ней Ястреб, Виктор замыкал цепочку.

Перед выходом, в коридорчике с иконами, Ястреб игриво хлопнул Фриду по заднице.

– Прав твой начальник, тоща ты, подруга. Правильно, что я отказался тебя трахать.

– Рука твоя блудливая отсохнет! – громким бесцветным голосом произнесла Фрида, не оборачиваясь. – Магистр властен над моей душой и телом, ты – нет. Не успеет солнце достигнуть зенита, лишишься руки, Ястреб!

Ястреб ударил женщину сзади кулаком в спину. Она упала, охнув, растянулась во весь рост под иконами в узком коридорчике у входных дверей. Полы белого балахона разлетелись, обнажив худые ноги с острыми коленками.

– Откуда знаешь, как меня кличут? – Ястреб пинком ноги перевернул женщину на спину. – Откуда?

– Рука твоя отсохнет! – сквозь плотно сжатые губы прошипела Фрида. Ее сумасшедший взгляд излучал боль, злобу и презрение. – Предрекаю!

– Вот сука… – Ястреб отвел глаза, не выдержал ее взгляда. – Сука придурошная!.. Пошли, Витя, ну ее… юродивую.

Он открыл замок и, не оборачиваясь, вышел на улицу. Виктор осторожно перешагнул через женщину на полу. Фрида лежала без движения, будто окаменела, и только глаза ее жили. По спине Скворцова пробежали мурашки от этого ее взгляда в затылок.

Он поспешил прикрыть за собой дверь, трусцой нагнал Ястреба на полпути к машине.

– Наверное, Акела, когда звонил, что мы придем, назвал мою кличку… – вслух размышлял на ходу Ястреб. – Надо, кстати, ему позвонить, доложить об успехах… Сучка-фанатичка все настроение испортила, дура!

Сев в машину, он дождался, пока Виктор займет соседнее кресло, и, прежде чем тронуться с места, позвонил Акеле. Телефон Шопова был занят. Перезванивать Ястреб не стал.

– Ястреб, зачем нужно было пугать магистра оружием? – спросил Виктор, когда заработал мотор и «БМВ» тронулся в путь. – Почему ты не попробовал сначала поговорить с ним по-хорошему? Сказал бы просто, что Акела просит помочь, без лишних унижений.

– Акела меня предупреждал: этот магистр – та еще штучка. Бестия, каких мало. Начни я благородные разговоры плести, он бы нам до вечера яйца крутил, зубы заговаривал. Выведывал бы, на хрен нам ведьма нужна, что да почему. А под прицелом человек сразу становится разговорчивым, без политесов. Проверено.

– Ну а если бы он и под прицелом отказался сотрудничать? Ты бы его убил?

– Сначала ранил бы. Потом… потом убил бы и поехал к другому экстрасенсу разговаривать.

– Ястреб… – Виктор начал и замолк, не решаясь задать мучающий его вопрос. Глупый вопрос, смешной, детский, но для него мучительный.

– Чего примолк? Спрашивай. – Настроение у Ястреба после дурацкого пророчества так и не улучшалось. Былой бесшабашный кураж прошел. Он сидел за рулем хмурый, глядел исподлобья.

– Ястреб, а убивать легко?

– Первого – нет, остальных проще. Меня-то ты чего спрашиваешь? Сам вчера человека зарезал, должен помнить.

Машина остановилась на запруженном перекрестке. Беспомощное мигание желтого сигнала сулило долгое ожидание в пробке. Ястреб купил у мальчишки – мойщика окон пачку «Парламента» и зажигалку. Вытащил сигарету себе, остальное курево отдал Виктору. Закурили. Ястреб втянул в себя дым, поперхнулся, закашлялся.

– Экхе… экхе, кхе. И как ты этой гадостью дышишь? – Едва прикуренная сигарета полетела в окно. – Смешно, правда, Скворцов? Столько лет под смертью хожу и не курю. Здоровье берегу. А ты живешь в тепле, уюте, не знаешь, с какого конца что стреляет, и гробишь здоровье никотином. Меня могли вчера, могут сегодня убить, я это знаю, но не курю. Ты же собираешься долго прожить и портишь легкие.

– Кто тебе сказал, что я настроен жить долго?

– Никто, по породе видно. Разной мы с тобой породы звери.