Шрифт:
А остальная тройка «морских котиков» сроду думать была не приучена. Больно надо! Пусть начальство думает…
– Так, значит, никого и ничего? – спросил еще раз Хардер, завершая разговор и с трудом отрывая взгляд от загадочной детали кухонного интерьера.
– Нет, – виновато развела руками хозяйка. – Хотя… Постойте-ка! Может быть, мне показалось, но какая-то темная вроде бы тень…
– Что тень?! – рявкнул Хардер, сразу забыв о приличиях.
– По-моему, что-то такое мелькнуло мимо моего кухонного окна минут пять или десять назад, – испуганно сказала женщина. – Вон в том направлении, через улицу, наискосок, к домику с голубыми ставнями.
– Так что ж ты раньше-то молчала?! Чаю… Чаю… – еще свирепее рявкнул цэрэушник. – За мной, парни! Может, он там!
И вся команда «бравых, могучих, вооруженных мужчин» во главе с Хардером дружно ломанулась на выход. Лишь замыкающий Билли Хаттлен улучил-таки секундочку, чтобы, повернувшись к растерявшейся хозяйке, ослепительно, чисто по-американски улыбнуться ей во все тридцать два зуба:
– Я оч-чень надеюсь еще раз встретиться с вами! В более приятной и интимной обстановке…
– Как знать… – улыбнулась та в ответ. – Может быть, мы еще встретимся!
Американцев, целеустремленно направившихся к «домику с голубыми ставнями», ожидал, однако, очередной неприятный сюрприз. Который уже за этот неудачный для Хардера день! Потому что, не пробежав и половины расстояния до подозрительного домика, они увидели прямо перед собой перекрывающего им дорогу норвежского полицейского. На его погонах были нашивки старшего сержанта. Для Норвегии – это весьма солидный полицейский чин. Видимо, он возглавлял полицейский участок Лонгйира.
Форма очень шла этому высокому широкоплечему мужчине, по физическим кондициям не уступавшему Билли Хаттлену, и стоял он так, что сразу становилось ясно: такого не сдвинешь! Словно скала своей родной Норвегии… Светло-серые глаза полицейского смотрели на команду американцев холодно и спокойно.
– Кто вы такие? – Его английский оставлял желать лучшего, но был вполне понятен. Голос полицейского оказался столь же холоден, как и его взгляд. – Что вам нужно в поселке Лонгйир?
– Мы… – И Роберт Хардер в который раз принялся объяснять, кто они такие и что им нужно. Объяснял он долго и сбивчиво, при этом чуть не плюясь от злости, что вообще вынужден давать какие-то объяснения, теряя драгоценное время. Но суть полицейский понял, а поняв, тут же резко прервал излияния Хардера.
– Нет! – категорично заявил норвежец. – То, о чем вы говорите, совершенно невозможно. И никаких таких «поисков» я вам не разрешу.
– А ты-то кто такой, – зашипел осатаневший от злости Хардер, – чтобы нам что-то не разрешать?!
– Я, – с достоинством ответил полицейский, – представитель законной власти Королевства Норвегия! Напоминаю: Шпицберген – демилитаризованная зона. А вы увешаны оружием и хотите провести в поселке силовую акцию. Это совершенно недопустимо! Я настоятельно прошу вас, нет, я требую немедленно покинуть поселок.
– Но тот, кого мы ловим, – попытался возразить Хардер, – он тоже вооружен!
– А вот на это есть местные власти, – последовал невозмутимый ответ. – Мы уж как-нибудь сами разберемся. Повторяю еще раз: немедленно покиньте Лонгйир! Иначе… Я обещаю вам очень крупные неприятности.
Хардер понял, что этот раунд он проиграл вчистую. Что было делать? Повязать этого наглеца силами четырех «котиков», конечно, не проблема. Но вступать в силовой конфликт с представителем официальной власти на глазах всего поселка… Не-ет, такое, в самом деле, кончится плохо. На что Хардер был дурак, но это даже до него дошло. Стоявшие за спиной шефа «котики» угрюмо молчали.
Роберт Хардер повернулся и с видом побитой дворняги повел свое воинство прочь из норвежского поселка. Но, прежде чем уйти, он с лютой злобой поглядел в глаза норвежцу и спросил:
– За что вы нас так не любите? Мы же ваши союзники, мы вас защищаем!
Он не дождался ответа. Лишь когда американцы уже скрылись из вида, полицейский сплюнул себе под ноги, усмехнулся:
– А за что вас любить? Защитнички… От вас бы кто защитил!
– А знаете, Бобби, – обратился к шефу Большой Билл, – я думаю, этот чертов коп не случайно тут в самый интересный момент появился! Не иначе ему в участок этот зловредный дед позвонил и сообщил про нашу команду.
– Вот старая сволочь! – мгновенно согласился с такой версией Хардер. – Эх, всадить бы ему пулю! Да и этому шкафу в форме тоже…
26
Меж тем в баренцбургском «хитром домике» ситуация продолжала меняться, равно как и настроение двух коллег, седьмой час не выходящих из кабинета Васильева. И то и другое – не в лучшую сторону, хотя, казалось бы, куда уж хуже? Оказалось, что есть куда…
После очередного звонка по спецкоду Васильев повернулся к Тинякову и сочувственно поглядел тому в глаза:
– А дела-то совсем неважные, Алексей Васильевич! Я получил агентурное сообщение: американцы приступили к подъему спутника. Значит, ваш хитроумный план, увы, не сработал. Ах, как жаль…