— Адам и сам любит расставлять силки для юных пташек, — хмыкнул Патрик. Краем глаза он продолжал наблюдать за перемещениями Тии и ее тетушки по залу. Женщины уже успели попрощаться с хозяевами и как раз направлялись к выходу. Если бы Найджел не вцепился в него как клещ, Патрик еще мог бы нагнать и перехватить Тию прежде, чем она совершит опрометчивый поступок.

— Похоже, я выиграл пари, — заметил Найджел. Глаза его хитро блеснули. — Ты задолжал мне пятьсот фунтов, дорогой друг.

— Пятьсот фунтов? — От удивления у Патрика буквально отвисла челюсть. — Что-то не припомню, чтобы мы обговаривали такую сумму!

Найджел закашлялся под его возмущенным взглядом.

— В общем, конечно, мы не договаривались. Но ведь пятьсот фунтов — отличная круглая сумма, ты не находишь? — Поскольку Патрик продолжал буравить его взглядом, Найджел потупил глаза и скромно добавил: — Конечно, если для тебя это слишком много, ты только скажи. Ведь не всякий потянет подобные расходы…

— Да что б ты провалился! — возмутился Патрик и неожиданно расхохотался: — Вот пройдоха! Ладно, ты получишь свои пятьсот завтра утром. А сейчас прошу меня извинить… — И он стремительно направился к выходу.

В это время Модеста и Тия уже ехали в свой городской особняк на Гросвенор-сквер. Тия радовалась тому, что ей удалось ускользнуть от навязчивого внимания мистера Блэкберна, который по непонятной причине взялся ее опекать. Она твердо решила наведаться в дом на Керзон-стрит, и свидетели ей были не нужны. Она велела кучеру ждать ее у кареты, решив для начала переодеться.

— Модести удивилась этому приказу, но не задавала вопросов до тех пор, пока они не остались одни. Тия коротко пересказала ей обо всем, что случилось на приеме.

— А кто тот высокий джентльмен, что присоединился к вам в самом конце? — поинтересовалась Модести.

— Один из друзей мистера Блэкберна, некий Адам Пакстон. Приятный мужчина, правда? — Тия поднялась в спальню, жестом поманив за собой тетушку.

— А Патрик Блэкберн хорош собой, — заметила Модести, следуя за Тией. — Я и вчера это отметила, но у меня не было времени, чтобы как следует его рассмотреть. А сегодня я была просто потрясена. Вот это мужчина!

— Какая разница?! — возмутилась Тия. Пожалуй, слишком возмутилась, потому что Модести была права. — Как это связано с теми неприятностями, что мне грозят? Я бы согласилась принять его помощь, даже если бы он был уродлив и горбат. — Она позвонила в колокольчик, чтобы вызвать Мэгги. — Я собираюсь поехать на Керзон-стрит, проверить, действительно ли тело Альфреда пропало. Возможно, наш новый знакомый прав.

— Это невозможно! Если тебя увидят и узнают, будет катастрофа!

— Именно поэтому меня и не узнают, — довольно усмехнулась Тия. — Я переоденусь. У меня есть план, не беспокойся.

Модести хотела что-то добавить, но появление горничной заставило ее благоразумно прикрыть рот.

Мэгги Браун не слишком изменилась за эти годы, разве что слегка подросла, повзрослела и стала более серьезной. Волосы непонятного серого цвета она собирала в пучок на затылке, глаза смотрели строго, губы были всегда поджаты, белый передник накрахмален до хруста.

— Ты говорила, что в Гарретт-Мэнор нашли чемодан с вещами Тома, не так ли, Мэгги? — спросила Тия.

От горничной не укрылся загадочный блеск в глазах хозяйки, поэтому она еще сильнее поджала губы.

— Так и есть, — кивнула она. — Вы тогда запретили выбрасывать вещи и настояли, чтобы их перевезли в Лондон. Неужели вы забыли? — Она неодобрительно взглянула на Тию.

Мэгги давно служила у Гарреттов, и это давало ей некоторое право говорить с хозяйкой в подобном тоне, поэтому Тия лишь усмехнулась:

— Я раздражаю тебя расспросами?

Лицо горничной смягчилось.

— Нет, мисс, вы же знаете. Но я вижу, вы что-то задумали. Я давно знаю вас, мисс, и не люблю этот блеск в ваших глазах. Порой вы выделываете такое, что совершенно не пристало леди, и смущаете этим слуг. — Когда Тия рассмеялась, Мэгги нахмурилась: — Мисс, что вы опять задумали?

— Ничего особенного, милая. — Тия посерьезнела. — Так где сейчас этот чемодан?

По опыту зная, что хозяйку не переубедить, если она что-то вбила себе в голову, горничная вздохнула и неохотно ответила:

— На чердаке, мисс. Вы же побоялись открывать его, когда он прибыл. Поэтому чемодан запихнули подальше, лишь бы глаза не мозолил. Велеть, чтобы его достали?

Тия кивнула.

Через несколько минут с чердака принесли тяжелый чемодан, обитый темной кожей. Веселое настроение Тии улетучилось, стоило ей лишь на него взглянуть. Модести ждала, сердце ее часто билось: она сочувствовала Тии, понимая, что ту захватили воспоминания.

— Ты передумала? — мягко спросила она, Тия очнулась и покачала головой: