– Кто там? – отсутствующе спросил он, не отрывая глаз от Алексы.

– Генри, – ответил слуга. – Ваш брат только что приехал и хочет видеть вас.

– Попроси его присоединиться к нам за завтраком, – отозвался Кин. – Мы спустимся вниз через несколько минут.

Алекса оделась и подошла к двери, когда Кин схватил ее за руку и притянул к себе.

– Сегодня вечером, Алекса… – Кин подмигнул ей, – мы будем ужинать здесь. У меня есть еще несколько вопросов, которые я забыл обсудить с тобой прошлой ночью…

Алекса обольстительно улыбнулась в ответ.

– Не могу себе представить, сэр, что вы пропустили. Вы очень внимательны и заботливы, и я с нетерпением буду ждать продолжения нашей беседы.

– Бесстыжая девица, – заявил он, небрежно целуя ее в щеку, и легко засмеялся. – Как подумаю, что ты врезала Клинту и мне метлой той первой ночью… Ц-ц-ц. – Он покачал головой.

Алекса с деланным удивлением подняла бровь.

– Я должна сделать вывод, что ты предпочел бы менее требовательную жену?

Его суровое лицо расплылось в хитрой усмешке, прорезавшей ямочки на щеках и сразу придавшей ему мальчишеский вид.

– Никогда в жизни не думал, что женюсь на требовательной женщине. – Он фыркнул. – Но надо сказать, что-то в этом есть, по крайней мере в одной конкретной представительнице требовательных особ.

Алекса усмехнулась в ответ и провела пальцем по его груди, виднеющейся в открытом вороте рубахи.

– И что же это такое? – поинтересовалась она столь двусмысленным тоном, что Кин задумался, стоило ли приглашать брата к завтраку. Ведь он мог вместо этого наслаждаться той аппетитной красавицей, что будила в нем голод, который невозможно насытить никакими изысканными блюдами.

– Ну, хотя бы то, что помешает ее драгоценному супругу бродить по всему городу в поисках нежной привязанности. – Кин взял ее руку и поднес к губам, не отрываясь от серебристых глаз. – Потому что теперь у него это есть дома.

– И всегда будет, – заверила Алекса.

Кин остановился и сказал неожиданно серьезно и удивительно нежно:

– Алекса, дорогая моя, ты наполнила всю мою жизнь новым смыслом, и я теперь даже представить не могу, как мог жить без тебя все эти годы.

Чанлер поднял глаза над чашкой кофе и увидел Алексу и Кина. Он с грустью смотрел, как шепчутся счастливые супруги, и вспоминал то время, когда они с Джессикой были так же близки. Теперь он уже не был уверен, было ли это правдой или тоже частью ее грязной, бесчестной игры.

Проклятая баба! Подумать только, она провела его и оставила в дураках. Его бесила мысль о том, что Джессика умудрилась посеять вражду между ним и Кином. Наконец он взял себя в руки, прокашлялся, привлекая внимание влюбленной парочки, и сделал жест рукой, приглашая их присоединиться к нему за столом.

– Я просто счастлив лицезреть, как вы, будто голубки, порхаете по своему любовному гнездышку, но есть кое-какие дела, требующие внимания. Скажи, дорогой брат, могу я оторвать тебя от твоей красавицы жены, пока мы не закончим с ними?

Кин отодвинул стул Алексе, сам уселся напротив Чанлера и заметил, что тот не отрывает глаз от лица его жены.

– Тогда говори скорей, пока не свернул с курса. – Кин пристально посмотрел на брата. Тот смущенно улыбнулся. – Только слепец может не обратить внимания на твою жену, – сказал Чанлер в виде извинения. – Я приехал сообщить, что шхуна вышла из гавани и взяла курс на восточное побережье. – Он значительно посмотрел на брата. – Заходов в Карибское море больше не будет. – Он сжал руками тонкую чашку и начал задумчиво изучать ее содержимое. – Что касается Джессики… – Голос его постепенно затих, а в глазах промелькнул намек на боль. – Да. Так вот, когда я заезжал домой и, сегодня утром, она уже сложила свои вещи и уехала, как я и приказал ей прошлой ночью. Ни она, ни Ходжес больше не побеспокоят никого из нас. Я заверил ее, что если она решится показаться где-то поблизости моего дома, то отделаюсь от нее самым решительным образом, раз и навсегда.

– Вы прогнали ее? – тихо спросила Алекса. – Навсегда?

– Да, и без единого цента, – добавил Чанлер с ноткой горечи в голосе. – Я решил, что она прекрасно может обойтись без богатства и власти – того, чего желала в жизни больше всего. Она это заслужила. Может, снова присоединится к своей театральной труппе. Думаю, в этом ее настоящее призвание – прикидываться кем-то другим и получать за это деньги. Я наконец-то понял, что мне будет лучше без нее. Она отравила мою жизнь, слава Богу, не безвозвратно.

Чанлер нежно похлопал Алексу по руке, потом взгляну на Кина.

– Будьте счастливы. Кин вполне заслуживает своей огромной удачи. А что до меня – так я справлюсь. Я признак что совершил чудовищную ошибку, женившись на Джессике, но извлеку из этого пользу. Когда я буду в следующий раз искать себе жену, у нее будут ваши черты, Алекса.

– Ну нет, она – единственная в своем роде, – вмешался Кин, гордо улыбаясь. – Так что не огорчайся, если придете удовлетвориться меньшим, чем само совершенство.