Старик, может быть, и прав, но он явно забыл о том, что Тео совершенно необязательно хранить супружескую верность, подумала она с горечью.

Меган захлопнула за собой дверь своей спальни, со вздохом прислонилась к ней спиной и закрыла глаза. Больше всего на свете ей хотелось сейчас лечь в постель и забыться сном, но заснуть будет нелегко: слишком много разных мыслей роилось в голове. Возможно, приятный теплый душ поможет немного расслабиться, подумала она, расстегивая молнию на платье и сбрасывая его на пол.

Но Тео, похоже, разбудил в ней нечто такое же древнее, как сама прародительница Ева. Она мечтала заняться с ним любовью. Это будет самым незабываемым опытом в ее жизни, чем-то таким, чего она даже не могла сейчас представить.

Она резко тряхнула головой, чтобы выбросить из нее эту волнующую и предательскую цепочку мыслей. Тео Николайдес собирается жениться на своей кузине Элени. И хотя Меган была уверена, что он вступает в этот союз исключительно из эгоистических намерений, без любви и без страсти, она нисколько не сомневалась и в том, что ее удел – это яркий, но мимолетный эпизод сексуального наслаждения, а потом он забудет ее так же, как всех остальных.

И больше того, напомнила она себе жестко, Тео считает ее дешевой вымогательницей, которая вешается на человека, годящегося ей в дедушки!

Она быстро сбросила белье, аккуратно положила его рядом с платьем на кресло и вошла в маленькую, роскошно отделанную ванную комнату. Из душа вырвался поток теплой воды, и девушка встала под струю, наслаждаясь нежным ароматом густого геля и подставляя лицо под брызги. Сладко пахнущая пена стекала по телу прихотливыми струйками.

Она простояла под душем очень долго, смывая с себя все напряжение, все смутные эмоции, так изматывающие ее. Когда она выбралась из душевой кабинки и завернулась в одно из огромных пушистых банных полотенец, которые меняли каждое утро, то почувствовала себя готовой к тому, чтобы улечься в постель и крепко заснуть.

Горничная заранее выложила на постель ее дешевую ночную рубашку, украшенную английской вышивкой, расправив складки так аккуратно, как если бы она была сшита из тончайшего шелка. Широко зевнув, Меган надела рубашку. Потом отнесла полотенце в ванную комнату и подошла к высокому окну, выходящему на балкон, чтобы задернуть занавески.

Но прекрасная южная ночь выманила ее наружу. Воздух был теплым и мягким, напоенным ароматами жасмина и тимьяна. Она глубоко, с наслаждением вздохнула и посмотрела на бархатисто поблескивающую черноту морской глади. Взошедшая луна отбросила на поверхность волн длинную серебристую дорожку, похожую на путь, выложенный бриллиантами и ведущий прямехонько в рай.

Но в рай нет легкой дороги, грустно вздохнула Меган…

Негромкий звук позади заставил ее вздрогнуть, она обернулась и увидела, как в соседней комнате Тео открывает раздвижные стеклянные двери и выходит на балкон.

– Добрый вечер, – пробормотал он с усмешкой.

– Как… как вы сюда попали? – растерянно выдавила Меган.

– Задняя лестница тренажерного зала ведет в дальний конец коридора, и эта комната сейчас пустует… э… нуждается в небольшом ремонте… Но тем не менее я могу попасть в нее в любой момент, когда захочу. Очень удобно, вам не кажется?

– Вы… специально все это устроили?

– Конечно.

Он медленно приближался к ней, и Меган ощутила, что синие глаза снова захватывают ее в плен своим гипнотическим блеском.

– Я решил скрыть от обитателей виллы маршруты моих передвижений. Особенно ночных.

– А вам не кажется, что они сами смогут догадаться? – бросила она ему, стараясь обуздать взволнованное биение сердца. – Уверена, что и раньше вам доводилось делать подобное.

Он лениво улыбнулся.

– Да, несколько раз. Но даже если они начнут сплетничать, что с того? – Он беззаботно пожал плечами. – Я хотя бы создаю видимость секретности, а это все, что в таком случае требуется, так как приличия соблюдены.

Теперь он стоял совсем близко, так близко, что она могла ощущать мускусный запах его кожи. Он все еще был одет в ту же белоснежную рубашку, что и на ужине, но сейчас она была расстегнута у ворота, а закатанные рукава обнажали мускулистые предплечья.

Немного запоздало Меган вспомнила, что на ней самой лишь тоненькая ночная рубашка. Инстинктивно она обхватила себя руками, отступила от стоящего перед ней мужчины на шаг и обнаружила, что спиной уперлась в перила балкона и дальше отступать некуда. Он подошел еще ближе, и ее глаза испуганно расширились.

– Ага, в ужасе убегаете? – мягко поддразнил он ее. – Когда мы впервые встретились, вы сказали, что ничуть меня не боитесь. Теперь вы кое-чему научились. Но, к сожалению, слишком поздно.

Его холодные глаза скользнули по ее телу.

– Очень соблазнительная рубашонка. Миленькая и невинная. Весьма пикантная перемена после того шокирующе алого платья, в котором вы щеголяли сегодня вечером. Но мне нравятся контрасты, это… это меня интригует…

Загнанная в угол, Меган глянула на него с гневным вызовом, стараясь не показать, что на самом деле испытывает страх.