Рюарк помолчал и, насмешливо прищурившись, грубовато ответил:

— Меня? Надо же! В этом старом вонючем стойле?

Он осмотрел копыта Аттилы.

— Но это единственное место, где я могу застать вас одного, без висящей у вас на шее мадам Бошан.

Рюарк усмехнулся.

— Черт побери! Стало быть, вы хотите сказать мне что-то важное?

— Вот именно! — с затаенной злобой сказала Милли. — И я хочу проучить эту сучку Шанну.

— Эй, девочка, думай, что говоришь! — Он обошел Аттилу и положил руку на высокую холку жеребца.

Милли расставила ноги, подалась вперед и, тыча пальцем себя в живот, с ухмылкой проговорила:

— Я… я беременна!

Каждый звук этих слов был намеренно подчеркнут. Рюарку стало не до шуток. Дело принимало серьезный оборот. Он уже знал, что она скажет дальше.

— И вы, — она перевела палец на Рюарка, — отец ребенка.

Губы Рюарка плотно сжались, а глаза запылали холодным, пронизывающим взглядом.

— Не думаешь ли ты, что меня так просто одурачить?

— Нет. — Она отступила назад и снова наклонилась, жуя соломинку с самым решительным видом. — Но мне так посоветовал сделать один дружок. Я знаю все о вас и об этой надменной выскочке. Ее отец разорвет на куски раба, который спит с его драгоценной дочкой. Ей придется заплатить за мое молчание, а поскольку я не ревнива, вы можете продолжать встречаться с ней. Она к тому же может платить и за это. Вот тогда мы с вами заживем, дорогой Джонни!

Рюарк пристально смотрел на Милли, понимая, что она верит во все, что говорит. Лицо его почернело.

— Меня нелегко заставить плясать под твою дудку, Милли, и ради твоей прихоти я не буду отцом ублюдка, над созданием которого потрудился какой-то проезжий матрос. — Он говорил тихо, но его голос хлестал ее, как кнутом.

— Я присягну, что ребенок ваш, — с вызовом отозвалась Милли.

— Ты прекрасно знаешь, что я тебя и пальцем не тронул. Твоя клятва будет ложью, и обман скоро раскроется.

— Я заставлю вас жениться на мне.

— Этому не бывать!

— Этого потребует сам Траерн.

— Я никогда не женюсь на тебе! — проревел Рюарк. Милли посмотрела на него озадаченным взглядом.

— У меня уже есть жена. — Это было единственное, что он мог сказать, чтобы остановить Милли.

— Жена! — Она невесело рассмеялась. — Жена! Разумеется, она могла быть у вас в Англии. Жена! И бьюсь об заклад, не без детей! То-то обрадуется эта красивая мадемуазель! — Она диковато огляделась и разразилась неприятным смехом. — Жена! — Не то рыдая, не то хохоча, Милли выбежала на улицу.

А тем временем к конюшне верхом на Изабелле приближалась Шанна. Почти у самых ворот кобыла встала на дыбы перед стремительно вылетевшей Милли. Та упала прямо под ноги лошади и, увидев над собой копыта, завизжала от страха. Кобыла попятилась, и Шанна едва удержалась в седле. Успокоив лошадь, она повернулась к Милли, которая теперь стояла, уставившись на нее с дьявольской полуулыбкой.

— Какого черта вам здесь нужно, Милли? — воскликнула Шанна, разозленная неосторожностью девушки.

— А вот и она! — По щекам рыдавшей от страха Милли текли слезы. — Высокородная и могущественная миссис Шанна Траерн Бошан! Вы отхватили себе неплохого мужика, не так ли? Ведь вам всегда достается самое лучшее, разве нет? К вам в постель забрался самый красивый мужчина на острове! Ну что ж, у меня есть для вас новость. Вы ему не нужны. Он не сможет на вас жениться. У него уже есть жена.

Шанна в ужасе попыталась урезонить неистовствовавшую девушку:

— Милли! Милли! Ты не понимаешь, что говоришь. Успокойся!

Та ничего не желала слушать. Растопырив руки, она трясла головой, не переставая дико хохотать.

— О, подождите немного, скоро все узнают об этом! — вопила она. — Весь этот избранный сброд, считающий вас благонравной и чистой. Они скоро все узнают!

Шанна слезла с лошади.

— Перестань, Милли! — взмолилась она. — Ты не имеешь обо всем этом ни малейшего понятия!

Та, приплясывая, носилась по кругу, как безумная, поднимая облака пыли, так что Изабелла снова поднялась на дыбы.

— Стой спокойно! — резко натянула повод Шанна.

— Подумать только! — звенел голос Милли. — Мисс Шанна соблазнена рабом! А все так боялись, что ее изнасиловали пираты! Вот уж чего никто не ожидал!

— Милли! — В голосе Шанны послышалась угроза.

— Вы, мисс-на-всем-готовом! Никогда не знавшая ни в чем отказа! И вдруг женатый мужчина! Чем вы лучше меня? Могу побиться об заклад, что вы наверняка беременны!

При последних словах Милли лицо Шанны стало малиновым. Она не могла больше сносить оскорблений и, вспыхнув, не сдержалась:

— И на ком же он, по-твоему, женат? Ты, по крайней мере, знаешь?

Едва эти слова успели вырваться у Шанны, как она поняла, что сболтнула лишнее. Она в ужасе зажала рот рукой, словно могла этим что-то изменить. Увы, было слишком поздно. В голове Милли стала медленно возникать догадка, и, наконец, она воскликнула:

— Вы! Вы! О-о-о не-е-ет! — Теперь это был уже страдальческий стон. Безудержно рыдая, Милли побежала вниз по дороге, что вела к городку.