Рюарк рассеянно улыбнулся, но глаза его загорелись при виде щедрой красоты Шанны, нежные груди которой почти не скрывала прозрачная рубашка.

— Я был занят, Шанна. Строительство завершается. Как бы мне ни хотелось быть рядом с вами, я не мог оттуда уйти.

— Ну, разумеется! — с некоторой подозрительностью проговорила она. — Вы даже написали об этом отцу. Это вас вполне устраивало, чтобы не встретиться с другим Бошаном.

— Мадам? — Брови Рюарка поднялись в невысказанном вопросе.

— У вас с ним нет ни одной общей черты. — Шанна чуть откинула голову назад, не спуская глаз с Рюарка. — Действительно ли я мадам Бошан? Или эта фамилия лишь удобное прикрытие для вас?

Рюарк повел плечами.

— Я не имею возможности доказать вам это, Шанна, однако суд, несомненно, проверял мои имя и фамилию. И вы сами, конечно, спросили у добрейшего Хикса мою фамилию, прежде чем увидеть меня, и, таким образом, у меня не было никаких возможностей для выбора. Вы вполне можете считать себя мадам Бошан, но если эта истина вас не устраивает, можете называть себя мадам Рюарк или как вам будет угодно по-другому. Но клянусь вам…

— Довольно! — подняла руку Шанна. — Не нужно клятв. С меня достаточно уже одной сделки с вами, которая обошлась мне очень дорого.

Рюарк внимательно посмотрел на нее:

— Вы последнее время избегали меня, Шанна. Может быть, вы хотите мне о чем-то сообщить?

Задав этот вопрос, он опустил глаза на гладкий, плоский живот Шанны, угадывавшийся под легкой рубашкой. Шанна поняла, что он хотел сказать.

— Можете не беспокоиться, милорд дракон. — Голос ее прозвучал несколько насмешливо. — У меня под сердцем нет вашего ребенка. Меня занимает совсем другое. Стало быть, вы повидались с этим капитаном Бошаном?

— Да, любовь моя, — состроил гримасу Рюарк. — Мы только что позавтракали.

— И вы говорите, что вы ему не родственник? — Шанна затаила в ожидании ответа.

Рюарк смотрел на нее не менее вызывающе, чем она на него.

— Мадам, если бы я был его родственником, неужели я бы остался здесь?

— Действительно, это было бы странно. Вы бы постарались бежать.

Рюарк подошел к Шанне и обнял ее под самой грудью, отчего она приподнялась так, что рубашка соскользнула, открыв его взору нежную округлость. Шанна не сопротивлялась и не отшатнулась от него, а лишь слабо вздохнула, вздрогнув от его прикосновения.

— Не обнимайте меня, Рюарк. Я не хочу больше рисковать, потому что это ни к чему не приведет.

Губы Рюарка коснулись ее уха, и он прошептал:

— Я оставлю вас, моя незамужняя нимфа, и отправлюсь по своим делам, но без выкупа вы от меня не отделаетесь.

Шанна повернулась к нему.

— Всего лишь один поцелуй, любовь моя, — попросил Рюарк. — Это совсем недорого.

Шанна нашла, что цена и впрямь приемлема и позволит ей освободиться от его объятий. Встав на носки, она легко прикоснулась губами к его рту и попыталась отодвинуться, но его рука лишь крепче прижала Шанну. Рюарк вздохнул с разочарованным видом.

— Мадам, даже при самом богатом воображении это нельзя назвать поцелуем. — Он с упреком улыбнулся ей в глаза. — Я вижу, вы принимаетесь за старое.

Шанна не хотела, чтобы он обвинил ее в холодности или в наивности. Она обвила руками его шею, прижалась едва прикрытыми грудями к его торсу, а полуобнаженными бедрами к его бедрам, именно так, как учил ее Рюарк, и подарила ему поцелуй, от которого мог бы запылать целиком огромный Черный лес. Этого было достаточно для того, чтобы голова Рюарка пошла кругом. Она и сама поддалась этой игре и, когда наконец оторвала от него свои губы, не отодвинулась от Рюарка, а лишь попыталась унять дрожь в ногах.

— Ах, Шанна, вы решили свести меня с ума! — выдохнул Рюарк.

— Разве вы не этого просили? Чтобы доказать вам свою щепетильность в вопросах чести, я заплачу вам втройне.

Она приблизила к нему полураскрытые губы и стала ласкать кончиком языка губы Рюарка. Он обнял ее крепче.

Чей-то громкий кашель заставил их отпрянуть друг от друга. Шанна едва не дала волю гневу. Секунду спустя ее парализовал животный страх. Случилось то, чего она больше всего боялась: они были разоблачены. Ее забила дрожь при виде вошедшего капитана Бошана. Чтобы как-то прикрыться, Шанна судорожно запахнула свой пеньюар.

Натаниэль заговорил почти сразу:

— Простите, господин Рюарк, мадам Бошан, — он как-то странно подчеркнул оба имени, — я оставил здесь трубку и кисет. — Не дожидаясь ответа, он подошел к столу, взял забытые вещи, а выходя, помедлил и с каким-то странным выражением глаз посмотрел по очереди на обоих. Коснувшись бровей кончиками пальцев, он коротко простился: — Всего хорошего, господин Рюарк… Мадам Бошан…

Не произнеся больше ни слова, он повернулся и закрыл за собой дверь. Лишь через несколько долгих секунд Шанна нашла в себе силы заговорить, и в голосе ее прозвучала твердая уверенность: