– Тебя гнетет мысль о смерти Дэвида Невилла? Шан покачала головой.

– Хотелось бы. Думаю, что больше я была опечалена смертью того безери,потому что она оказалась совершенно бессмысленной.

– Почему ты не попыталась спасти ребенка, точно так же как я спас тебя?

– В последнее время я только и думаю о том, что могла бы сделать и чего не сделала.

– С печалью сознаю, что тебе приходится принимать много больше решений, чем мне.

– Неправильная формулировка, - возразила Шан.
– Я не знала Дэвида. Реальным испытанием стало бы принятие решение втом случае, если бы умирал кто-то, кто мне хорошо знаком, например, ты. Если ты ругаешь себя за то, что нарушил правила и инфицировал меня, сделай свой ход. Вот она - я.

Арас бросил последний критический взгляд на могилу, определяя, какого уровня совершенства он достиг. Ушел еще один человек. Их были сотни за эти годы. И сотни вес'хартоже ушли. Но никогда раньше он не испытывал ничего подобного. И тогда он задался вопросом: были ли это влиянием той части Шан, которая оказалась внем, или это просто результат воздействия времени и событий.

Он хотел думать о них как о нечто большем, чем элементе круговорота веществ в природе.

На этот раз он хотел, чтобы Шан Франкленд оказалась неправа.

Изменения стали происходить быстрее. Утром Шан получила еще одно доказательство этому. Проснувшись в безопасности в Константине, она смогла позволить себе нежиться только три секунды. Ее первой сознательной мыслью стало: какие изменения в этот раз произвел с'наататс ее телом.

Теперь она думала о нем как о живом существе. Она никогда не рассматривала его как сообщество бактерий или вирусов с общим названием «Болезнь». Тут не было ничего личного. Все строго, по-деловому. Причина и эффект, спрос и предложение. К тому же она не чувствовала себя больной и знала, что не существует никакого лекарственного средства on с'наатат,он целую вечность будетулуч-шать ее организм, оттачивая его до совершенства.

С'наататпеределывал ее под себя. Ее жизнь означала и его жизнь. Мысль об этом навевала горькие раздумья. Выходило так, что разум Шан - всего лишь придаток к сырьевому ресурсу, который будет сохранен, но не использован.

Шан вымыла лицо теплой водой, яростно растирая руками кожу, а потом принялась чистить зубы. Запищала шеба на комоде.

– Эдди, не мог бы ты подождать несколько секунд? Казалось, голос Эдди изменился, он перестал частить, звучал почти незнакомо.

– Где вы были?

– На луне, - ответила Шан.
– Говорю вполне серьезно. Меня вызывали в Ф'нару. Я хотела остаться, а правящие матри-архи любят беседовать с беженцами.

– Ого!

– Так чем я могу быть тебе полезна?

– Так теперь вы расцениваете свой статус? Вы считаете себя беженкой?

– Я не собираюсь возвращаться, только и всего. Что-нибудь еще тебя беспокоит?

– Не думаю, что вы полезли в бутылку из-за разночтений дела Парек. Вот и все.

Шан сплюнула пену в раковину и ополоснула рот.

– Продолжай.

– Вы не станете возражать, если я попытаюсь выяснить, какие вам были даны инструкции на подсознательном брифинге?

– Ты и так уже все знаешь. Я должна была удостовериться, что генный банк находится в безопасности и может быть доступен нашим потомкам.

– И все же: кто вам платит?

– То есть?

– Кто собирается заплатить вам за биотехнологии вес'хар ?Я могу поверить, что это какая-то корпорация, хотя вы стали бы для них чертовски удачной находкой. Так что, я думаю, вы работаете на правительство.

Потрясенная Шан молчала. Она была ошеломлена даже не тем фактом, что Эдди догадался, что она каким-то образом связана с технологиями вес'хар,а тем, что он решил, что она собирается торговать ими. Не было никакого смысла говорить с ним, проводя аналогии с операцией «Зеленая ярость». Он просто не понял ее. Она должна была сразу раскусить это.

– Что, черт побери, заставило тебя так подумать?
– наконец выдавила Шан.

– В Араса попал снаряд, а он встал как ни в чем не бывало. Вы быстро излечились, хотя находились при смерти. Я поговорил с министром исенджи о Мджате. Я могу сложить два и два, вы же знаете.

«Дерьмо! Полное дерьмо!» Кроме того, Эдди был во временном лагере, а она - здесь. Они не смогут захватить ни ее, ни Араса. Даже если попробуют… Шан надеялась, что у них ничего не выйдет.

Рано или поздно все тайное становится явным. И чем дольше оно остается тайным, тем больше вызывает подозрений.

– Думаю, Эдди, ты неправильно сложил два и два.

– А я так надеялся, что я прав. Ведь дела обстоят именно так, как я сказал, а, Шан?

– Ты даже понятия не имеешь, в чем тут дело. Знаю, как это выглядит со стороны, но ты и в самом деле не понимаешь, что тут происходит.