— И тебе удачи. До встречи!

Юный горняк остался один в туманной долине; солнце сквозь пелену казалось бледным пятном над горизонтом. Кристов подобрал свои пожитки, двинулся было в путь — и замер, изумленный звуками, которые слышались в отдалении. Скрип груженых тележек, перекличка голосов, далекие, но безошибочно узнаваемые удары кирок о камень — вся долина была полна шума горных работ.

— Кристов? — позвал из тумана чей-то голос.

Вскоре неподалеку нарисовалась стройная фигурка. Это была Халла и она широко улыбалась.

— Пеллар сказал, что тебе нельзя работать, — предупредила она. — Но ты все равно очень нужен нам, ты будешь…

— Уверен, что работа для меня найдется, — перебил ее юноша.

— Никаких тяжелых нагрузок, — непререкаемо сказала Халла. — Нам нужен твой совет.

Кристов несговорчиво вскинул голову. Халла вздохнула, взяла его за руку и увлекла за собой. По пути она бросила через плечо:

— Будет лучше, если мы тебя представим. Пойдем в штольни.

— В штольню, — поправил ее Кристов. — Множественное число здесь излишне.

— В штольни, — сердито повторила Халла. — Сейчас у нас их три.

Кристов остановился как громом пораженный.

— Три? Но зачем вы открыли еще две?

— Решили, что будет лучше, если работы хватит на всех, — объяснила девушка.

— На всех? — глупо повторил Кристов.

Он щурился, силясь вглядеться сквозь туман. Теперь он ясно видел Халлу, различал цвет ее одежды: ткань казалась новой и довольно чистой. Кристов подивился, как она находит время следить за собой и даже стирать. «На всех?»

— Сколько же у вас народу?

— Точно не знаю, — ответила его проводница. — Спроси Пеллара. Он, кажется, ведет списки.

— Списки?

— Ну да, ведь количество людей все время растет. Сегодня ночью, похоже, прибыла еще одна кибитка. И к нам присоединились некоторые фермеры из долины. Им здешняя земля нравится — говорят, для посевов самое то.

— Для посевов? — снова переспросил Кристов. — Фермеры?

— Пеллар! — крикнула Халла, наконец выведя его куда-то. — Пеллар, Кристов прибыл! — И, обернувшись к горняку, добавила: — Осторожно, пригнись!

Кристов успел рассмотреть перед собой что-то темное и нагнул голову. Они были уже у входа в штольню.

— Ищи перила, они здесь, — предупредила Халла. — Так, здесь должны быть светильники… Придется мне выговорить Спенналу. — Она снова повысила голос: — Спеннал! Спеннал, дурная твоя голова, где фонари?

Во тьме показалось пятно света, быстро приближавшееся к ним. Фонарь нес пожилой человек.

— Прости, Халла, я как раз был внизу с Пелларом, — принялся оправдываться старик, протягивая ей свой светильник. — Если хочешь, я сейчас принесу еще…

— Не надо, просто приведи к нам Пеллара — Сейчас, — отозвался Спеннал. При взгляде на Кристова его глаза расширились. — Это… он?

— Да, это Кристов, — кивнула Халла и шепнула юному горняку, пока старик не слышал: — Все тут просто в восторге от того, что ты прибыл.

— Но почему? — шепотом же изумился тот. Ответ девушки несколько смутил его.

— Ну, мы с Пелларом немного приукрасили твои заслуги, — призналась она. — Но ведь ты и в самом деле открыл огненный камень, не горящий в воде!

— И что с того?

— Этим ты спас им жизнь, — по-прежнему тихо объяснила Халла. — Услышав объявление, они собрались сюда со всех сторон.

— Кто? Горняки?

— Нет. Изгои. — Поймав пораженный взгляд Кристова, она объяснила: — Теперь Изгои могут работать без стыда и страха. Это теперь — их холд.

— Их холд? — повторил Кристов, не веря своим ушам. Холд для Изгоев — как такое может быть?

— Если они работают, конечно, — продолжала Халла. — Если не хотят — могут уйти. Мы кормим детей, но если взрослые не работают, они не получают еды и не могут здесь оставаться.

— Три штольни? — Теперь Кристов понимал, о чем она говорила.

— Ну да, — подтвердила Халла, глядя на него так, будто сомневалась, что с ним все в порядке. Потом повернулась к человеку, идущему навстречу. — А вот и Пеллар!

Немой арфист с широкой улыбкой замахал Кристову рукой, подзывая его ближе, чтобы показать какую-то большую не то картину, не то схему, начерченную на каменной плите.

— Что это? — спросил Кристов, толком не уверенный, к кому обращает свой вопрос.

— Карта нашего прииска, — объяснила Халла.