Его хохот врезался мне в уши, кровь горячей волной ударила в голову. Не помня себя от ярости, я жаждал раздавить его, стереть, испепелить. В кипящее сознание пришел образ из прежних снов – воплощение необоримой Силы. Фигурка колдуна стремительно уменьшилась, гигантская крылатая рептилия выгнула гибкую шею, устремив на него взгляд пары свирепых золотистых глаз. Колдун пискнул и исчез.

Столб пламени ударил в место, где он стоял мгновение назад. Рев дикой ярости расколол видение.

Я резко проснулся. Кровь гулко колотилась в ушах.

Было холодно и тихо. Вода слабо плескалась о низкие борта лодки. В бескрайнем небе надо мной мерцали мириады бриллиантовых звезд, чуть ниже, в облаке искристой тьмы светились угольками глаза Крабата.

Призрак тревожно мигнул:

– Я не мог вмешаться, все произошло слишком быстро!

– Этого не потребовалось.

– Ты побил его! – восхищенно прошептал призрак. – Заклинанием на заклинание.

– Он ушел.

– Неважно, в таком поединке почти невозможно убить. Но он бежал!

– Он сделал, что хотел.

– Я слышал. Ультиматум. – Крабат лихорадочно мигал. – Чуть раньше это сработало бы.

Я резко сел и лодка закачалась.

– Мы успеем?

– За три-то дня? Конечно! – Но честность взяла верх. – Впритык, плыть придется днем и ночью.

– Отлично. – Я закрыл глаза и потер виски, боль пульсировала в голове, но той слабости, как после битвы с мороком, я не чувствовал. – Остается главное – они знают обо мне, времени на подготовку нет. Что я могу без магии Меча?

Призрак болезненно мигнул.

– Верь в себя. Раньше Наследников Силы тренировали по нескольку лет, но ты в одиночку добился поразительных успехов. Ты знаешь свою Силу в лицо, почувствуй ее, доверься ей. У тебя верные инстинкты. Ты сможешь, – тень прошла по тени. – Но ты еще не готов.

– Ладно, сообразим на месте, – лодка почти не протекала, импровизированная решетка из сучьев предохраняла меня от сырости, я снова лег и закутался в плащ, – разбуди меня пред рассветом.

Призрак хмыкнул. Я строго приказал себе не видеть снов и погрузился в дрему.

Многочисленные притоки превратили ручей в полноводную реку, больше мне не приходилось лавировать между отмелями и думать, как миновать многочисленные завалы. Глядя на овражистые, заросшие лесом берега я понимал, что по суше ни за что бы не добрался до Кер-Орки за три дня, даже будь у меня лошадь. В этом буреломе бедное животное попросту переломало бы себе ноги. А вот река несла меня легко и быстро, почти всегда – на север, туда, куда и нужно.

Да, этого враги предвидеть не могли!

Разумеется, в путешествии по реке имелись свои недостатки – шест, вырезанный мной из ствола молодой березы, оказался тяжеловат, и после целого дня орудования им у меня дико ныли плечи. От многочасового сидения скрючившись спину ломило, но править стоя я не решался: в это время года вода – не для купания. С наступлением темноты появлялся Крабат, под его управлением лодка двигалась быстро и плавно.

– Теперь будь внимателен, смотри на право! – объявил призрак к концу второй ночи.

– С такой скоростью ты можешь добраться до места еще днем. Замок в двух лигах от реки, на холме. Не прогляди его за деревьями! – Я молча кивнул в темноте.

Я думал о Силе. Сколько за последний год было моментов, когда мне однозначно полагалось погибнуть? Да что там – все мои враги были сильнее меня, и твари, и люди. Темные Силы пошли войной на Ункерт, чтобы добыть мой Меч, а я жив-здоров, плыву себе потихоньку. Вон, колдуна давеча до полусмерти напугал.

Раз за разом, я вспоминал свои странные сны и схватки, из которых вышел победителем. Умница-Жак был прав, Меч – лишь орудие, позволяющее мне направлять свою собственную Силу. Источник же ее находился во мне.

Я снова и снова прикасался к нему, будил это дивное ощущение причастности к чему-то большему. Холод больше не беспокоил меня – тепло рождалось внутри и растекалось по жилам, смывая усталость и исцеляя хвори. Оно представлялось мне золотым, под цвет солнца. Что-то происходило с глазами – зрение стало яснее и четче, однообразие пейзажа исчезло, каждый куст, дерево или былинка стали неповторимо индивидуальны.

Память приобрела невероятную глубину, воспоминания детства были так же ясны, как и события минувшего дня. Мельчайшие детали событий приходили на ум легко, без усилия, казалось, я помню всю свою жизнь до единого шага.

Слова умерли, мысли растворились в золотом сиянии, и в сердце вошел покой.

Мне не потребовалось выглядывать за деревьями шпили замковых башен, я точно знал, что они – там. Причалив к берегу и взобравшись на крутой обрыв, я, наконец, смог разглядеть цель своего путешествия. Кер-Орки торчал на вершине безлесого, каменистого холма уродливой каменной коробкой. Пламенеющий закат окрашивал огнисто-красным грубые каменные стены, штандартов на таком расстоянии было не разглядеть.