– Совершенно с вами согласен, но я сомневаюсь, чтобы можно было мисс Даймонд считать его «подругой». – Хезер увидела в дверях сэра Питера, который тоже был навеселе после знакомства со старым бренди. Его выдавала неустойчивость походки. Она добавила:

– Можно рассказать ему об изменении ваших планов прямо сейчас.

Леди Флёр напряглась и крепко ухватилась руками за край стола.

– Думаю, что это нельзя откладывать.

Но прежде чем она успела произнести хоть слово, сэр Питер схватил Фалько за лацкан пиджака, заставил его встать и наотмашь ударил его по щекам.

– Прощайся с жизнью, негодяй! – взревел он.

Фалько посмотрел на него с нескрываемым удивлением. Легким движением он отвел руку сэра Питера.

– Послушайте! Не надо мять мой шейный платок. Я и так потратил уйму времени, чтобы привести его в порядок, – со скучающим выражением на лице ответил Блэкхерст.

– Вы что, оглохли? Я не собираюсь повторять свои слова! – Лицо сэра Питера было перекошено от ярости.

Фалько невозмутимо приступил к копченой ветчине в коричневом соусе. Когда Блэкхерст удостоверился, что сэр Питер ждет и потерял от ярости дар речи, он произнес:

– Не в моих правилах драться с юнцами. Кроме того, я не совсем понимаю, какое преступление я совершил.

– Не надо разыгрывать из себя невинного! – огрызнулся сэр Питер. – Сержант считает, что у меня есть возможность найти оставшиеся рубины Блэкхерста – только потому, что вы рассказали ему, что я оказался свидетелем того, что мисс Даймонд обнаружила браслет в плаще мисс Максвелл. Черт побери, я не потерплю, чтобы кто-то таким образом мог испортить мою репутацию!

Фалько отвечал ему ледяным голосом:

– Я никогда не считал, что драгоценности у вас, поэтому не надо перекладывать на меня вину за выводы сержанта Бэгберна.

– Я требую удовлетворения! – настаивал сэр Питер.

– Избавьте меня от ваших театральных выходок! – скучающим тоном отвечал Фалько. – У меня нет никакого желания драться с вами. Вы глупец! – добавил он негромко. Его глаза превратились в кусочки льда, и, столкнувшись с таким взглядом, сэр Питер невольно отступил.

Он собрался напасть на Фалько сзади, но Тео вовремя выскочил из-за стола и преградил дорогу сэру Питеру.

– Подлый червяк! – закричал Тео. – Ты слишком труслив, чтобы драться лицом к лицу!

Сэр Питер опустил голову, сжал кулаки и был уже готов наброситься на Тео, но тут поспешил вмешаться Фалько.

– Уже забыли, о чем я только что вам сказал? Вы оба – не делаете чести мужскому племени, вы не джентльмены. Выйдите во двор, охладитесь и не смейте даже думать о драке!

Охваченные гневом, соперники разошлись в противоположные стороны, их глаза метали ядовитые стрелы. Большая часть обеда Тео так и осталась на столе.

– Наверное, настала пора выбираться из этой таверны. У всех нервы измотаны до предела, – Хезер попыталась снять возникшее напряжение.

Фалько кивнул. Очевидно, этот неприятный инцидент вызвал у него мрачные мысли. Действие паров бренди у него подходило к концу, и он выглядел утомленным.

– Если позволят дороги, Флёр, завтра я собираюсь доехать верхом до Клифтон Хилл и переговорить с вашей тетей. Чем быстрее решится эта проблема, тем лучше. Единственное, чего мне хочется, – это побыстрее выбраться отсюда.

– А как же драгоценности? – негромко спросила Хезер.

Его губы вытянулись в тонкую печальную линию:

– Вор считает себя очень умным. Но я полагаю, что в нем или в ней не столько ума, сколько самомнения, и поэтому его следующий ход будет ошибочным. Запомните мои слова. Еще никому не удавалось так долго быть объектом столь пристального внимания других людей и умудряться при этом сохранять свои секреты. Рано или поздно, но правда восторжествует.

– Если недостающие настоящие рубины находятся здесь, то вы, скорее всего, правы, – тихо согласилась Хезер.

– Все мы можем оказаться мишенью этого глупого шутника.

– Я не остановлюсь ни перед чем, но обязательно поймаю этого негодяя! – с уверенностью произнес Фалько и добавил: – Он будет жестоко наказан.

У Хезер по коже пробежал холодок:

– У этого «Кота» такой достойный противник, но все же пока вор одерживает над ним верх.

Из окна своей спальни Хезер видела Фалько, направлявшегося в Клифтон Холл. Ею опять овладело отчаяние. Вновь девушка осталась в полном одиночестве. Никто, кроме этого злосчастного «Кота», не знал, в каком трудном положении она оказалась. Вокруг ее шеи уже начала затягиваться петля. Но опять – в который раз! – у нее не было времени на мрачные раздумья и проявления жалости к самой себе.