Церемония завершилась в полночь. Мы прошлись вдоль гигантских отметин в пустыне, чтобы получить энергию колибри, воплощающую собой качества, необходимые шаману для его грандиозного путешествия. Я положил иссохшую руку на крап жертвенника —тряпицы из простого полотна с лечебными камешками Антонио. В темноте казалось, что пальцы руки шевелятся, подзывая нас к себе. Антонио прикрыл глаза и запел, потряхивая своей погремушкой. Он обернулся ко мне. Его добродушные, глубоко посаженные карие глаза преобразились, и я подумал, что вижу перед собой глаза ястреба.

— Она страдает, — решительным голосом заявил он. —Терзается судьбой своего народа, перебитого здесь испанцами много лет назад. Мы должны ей помочь.

И он начал обряд сначала: принялся свистеть и напевать, призывая души погибших.

Антонио сам не поверил своим глазам: перед нами возникла вереница каких-то существ, выстроившихся посреди пустыни рядом с жертвенником. Антонио совершил богослужение, рассказал призракам, что им пора отдохнуть, вернуться домой, в мир Духа. Он призвал на помощь целое поколение знахарей — светящихся духов, — и явившиеся нам души начали одна за одной исчезать, избавляясь от мук.

— Она не успокоится, пока не будет знать, что все ее люди оплаканы и исцелены, — сказал Антонио.

Когда к нам приближался очередной дух, мне казалось, что я ощущаю его мучения.

Вот осиротевшее дитя, вот девушка, потерявшая возлюбленного, вот мужчина, вся семья которого погибла...

Это продолжалось всю ночь. На заре, когда исцелен был последний дух, Антонио велел мне похоронить руку.

— Теперь она обретет покой, — сказал он. — Для этого тот археолог и подарил ее тебе. Она так захотела. Она знала, что сегодня мы окажемся тут и поможем ее народу исцелиться.

Поистине, пути духов неисповедимы...

Из дневника

Я стал первым североамериканским антропологом, установившим контакт с народом кьеро — последними потомками инков, живущими ныне в уединенных уголках у самых вершин Анд. Это племя, до сих пор говорящее на чистейшем кечуа, за последние пятьсот лет почти не сталкивалось с церковью и государством.

Их шаманские практики остались незатронутыми Конкистой и не подверглись влиянию миссионерской деятельности. Кьеро — легендарные хранители пророчеств народа инков. Их знахари, в том числе и мой наставник дон Антонио, верят, что возраст духовного наследия племени исчисляется сотнями тысяч лет.

Они помнят истории, повествующие о том, что происходило на земле еще до появления человека. Духовная мудрость предков включает жизненные уроки, тайны о посмертном путешествии в бесконечность и приемы исцеления с помощью Светящегося Энергетического Поля.

Массовое истребление индейцев первыми европейскими ' поселенцами погубило духовные традиции большинства коренных народов. Целительские практики, сохранившиеся после этого геноцида, ныне бережно хранят в секрете. Легко понять, что шаманы очень неохотно раскрывают эти тайны белым людям. Испанские конкистадоры и сопровождавшие их миссионеры уничтожили Целительские школы Куско. Они снесли древние храмы и из тех же камней, на том же месте выстроили свои церкви. Традиции инков не сберегались, как -прежде, организованными группами жрецов-шаманов, которых инквизиция неустанно предавала смерти. Духовные и знахарские практики передавались только из уст в уста. Когда Католическая Церковь объявила незаконными обряды и церемонии «язычников», духовные учения стали похожими на ковры, истрепанные ветрами времени, — за пятьсот лет от них остались только обрывки и разноцветные нити.

Мы считаем инквизицию делом минувших дней. Мы убеждены, что эта страшная организация прекратила свое существования в эпоху Просвещения, и такое мнение во многом справедливо. Отделы инквизиции закрылись много лет назад. Повсюду, кроме одного-единственного государства —Перу, страны инков. Здесь, под руководством доминиканцев (католического ордена, казнившего в средневековье Жанну Д'Арк) вплоть до наших дней действует последний орган инквизиции.

Сейчас он носит название «отдел искоренения идолопоклонничества». Он сохранился в Андах, так как это единственное во всей Америке место, где сбереглись духовные практики шаманов. Современное Перу —католическая держава с двадцатичетырехмиллионным населением. Больше двадцати миллионов ее жителей — потомки индейцев, принявших христианство, но продолжающих искать исцеления у шаманов, поклоняться Инти (Солнцу) почти так же, как это делали пятьсот лет назад.

Того, что в этих местах сохранилось действующее отделение инквизиции, было достаточно, чтобы у меня возник интерес к потомкам строителей Мачу-Пикчу. Тот факт, что здешние знахари до сих пор говорят с реками, деревьями и Богом, сделал мой интерес еще острее. Мысль о том, что шаманы могут хранить знания о древних практиках исцеления разума и тела, превратил интерес в непреодолимую тягу познакомиться с ними. Так началось бесконечное путешествие, в ходе которого я поднялся от первобытного сада амазонских джунглей к вершинам Анд. Там я нашел древние духовные практики, согласно которым каждый человек способен воспринять бесконечность, и подобные переживания сделают его целостным. Эти учения утверждают, что не Земля принадлежит нам, а, скорее, мы — Земле; что мы все-таки можем беседовать с Богом и слышать Его голос во всем Сотворенном.

Под руководством дона Антонио я добрался до самых корней цивилизации инков и впитал драгоценные остатки энергетической терапии пятисотлетней давности — традиции, исцеляющей посредством Духа и Света. Среди руин древней империи рассеялись мудрецы, сохранившие память о былом. Мы с доном Антонио побывали в бесчисленных селениях и встречались там со знахарями. Участвуя в их обрядах, мы извлекали из них самую суть. Отсутствие письменной традиции привело к тому, что в каждой деревушке Целительские практики приобретали свою собственную окраску, особый стиль. Мы исходили все окрестности вплоть до Амазонки; более десяти лет я учился у знахарей из джунглей. Мы прошли по всему перуанскому побережью от Наски — места, где лик пустыни покрыт гигантскими изображениями зверей силы и геометрических фигур, — до знаменитых северных лагун Шимбе, родины самых прославленных чародеев страны. Близ озера Титикака, «моря на вершине мира», мы собрали ряд историй и целительских обрядов, принадлежавших некогда народу, от которого, как гласят легенды, произошли инки. Когда мой наставник стал слишком дряхлым для пеших походов, я сам продолжил эти поиски.