– Нет. Вечером у меня были другие дела, - Конан нахмурил брови, соображая, рассказать ли шемиту о посещении храма Асуры. Не стоит торопиться, решил он; пусть Сирам пока не знает, что у него появился конкурент в розысках. Правда, Хадрату были поручены магические дела, и если он сумеет колдовскими способами уловить злую эманацию, то поисками самого злодея все равно займется Сирам.

Тем временем шемит продолжал толковать о сокровищнице.

– Загляни туда, мой господин. Так, из любопытства… Могу поставить челюсть Иракуса против клюва канарейки, что талисмана там уже нет.

– Но талисман-то поддельный! Выходит, дух не смог отличить простой рубин от Сердца Аримана!

– Ну, и что с того? Он поставлен стеречь камень, а не пользоваться его волшебством! Он мог обмануться, как любой человек, зрящий не внутреннюю суть, а лишь внешнюю форму! Считай, государь, что твой поддельный талисман уже у него и лежит в золотой шкатулке, в той самой пещере под храмом Митры, под охраной демона…

– Проклятая тварь!
– огромные кулаки Конана сжались.
– Может, он уволок и настоящий камень?

– Не думаю. Без помощи черного мага он не сумел бы покинуть свое подземелье.

– И все же я хотел бы проверить… - взгляд короля устремился вдаль, к дороге, что вела к Тарантии.
– Да, проверить, - повторил он, - спуститься в ту пещеру, в грязное логово, и посмотреть, что за камень лежит в шкатулке… Кром! Вдруг это Сердце?

– Нет, государь! Клянусь тебе, нет! Это бессмысленно! Там подделка!
– Шемит вдруг заволновался, и щеки его вместе с носом налились кровью. Видно не хотелось ему, чтоб демон растерзал аквилонского короля на шесть частей.

Но Конан уже принял решение.

– Я спущусь, - сказал он, стиснув сильными пальцами рукоять меча.
– Спущусь и проверю! Не найду камня, так одной тварью станет меньше!

– Грр! Или одним государем! Безрассудное деяние, мой повелитель! Ненужное! И я тебе в нем не помощник!

Само собой, подумал Конан. В таком опасном предприятии шемит годился лишь в качестве живого щита, ибо с расчленением его туши даже демону пришлось бы повозиться. И за это время вполне можно было бы разделаться с самим демоном.

Представив эту картину, Конан невольно ухмыльнулся и произнес:

– Я свершил немало безрассудных деяний; одним больше, одним меньше - какая разница? Ты, почтенный, занимайся своим делом - ищи камень в людских руках. Тварей тьмы я беру на себя.

И я буду не один, подумал он, вспомнив о вчерашнем обещании Хадрата.

– Опасно связываться с порождениями Нергала, мой король. С демонами не шутят! Ты, конечно, великий воин, но простой сталью демона не поразишь и не одолеешь… А я - не волшебник, не колдун, и могу не могу наложить чары на твой клинок.

– Найдется кому это сделать, - сказал король, и на мгновение перед ним промелькнуло суровое бледное лицо Хадрата. Поколебавшись, он все решился произнести имя жреца Асуры.

– Шесть локтей два пальца, глаза - черные, кожа - бледная, загадочен и нелюдим, - тут же откликнулся шемит.
– Я помню, ты рассказывал прошлый раз об этом чародее… Кажется, он помог тебе справиться с Ксальтотуном во время Немедийской войны?

– Да. Искусный маг, клянусь Кромом! И весьма достойный! О тебе он знает, и отзывался хорошо. Он обещал помочь, Сирам!

– Хрр… Как?

– Ну, он собирается спросить Асуру о намерениях похитителя… Он сказал, что этот ублюдок, питающий злобу ко мне, не скроется от глаз всевидящего бога. Вызнать, кто он и где затаился, нельзя, однако Хадрат утверждает, что мог бы уловить его злобные умыслы…

Сирам вроде бы успокоился.

– Ну, коль этот Хадрат - человек искусный и достойный, пусть идет с тобой и прикрывает твою спину. Не хотелось бы мне, чтоб ты, государь, разделил судьбу кхитайца.

Дельная мысль, решил Конан. Отчего бы не взять Хадрата с собой в подземелье? Не Серые Равнины, конечно, но неприятное местечко, где помощь мага не повредит… И нечего тянуть время; лучше наведаться в пещеру сегодня же… Истекал четвертый день с того утра, когда в сокровищнице изловили недоумка Лайоналя, а розыски не продвинулись ни на шаг - если не считать поддельных талисманов и обещания Хадрата разведать насчет злых умыслов. Еще десять-двенадцать дней, и надо отправляться к войску, к армии Просперо, ожидавшего своего короля на офирском рубеже… С чем он поедет? С этими фальшивыми талисманами?

Конан встряхнул головой и поглядел на шемита.

– Ну, ладно, хватит о кхитайце и демоне! Что ты узнал от остальных послов? Скажем, от этого Каборры, пожелавшего сбежать в Зингару?

– Немногое, государь, - Сирам развел руками, чуть приподнял свой толстый зад с подушек и вытащил из-под них длинный узкий ларец красного дерева. Поставив его на ковер перед королем, он откинул крышку и вдруг замер, раскрыв рот и недоуменно мигая набрякшими веками. Конан наклонился ближе. В шкатулке лежали два больших сферических и совершенно одинаковых рубина размером почти с мужской кулак и еще один камень - их крохотная копия величиной с горошину.