— Наш враг Тензор сбежал из Туркада девять дней тому назад. У него Арканское Зеркало. Он воспользовался своим ужасным оружием и убил много людей.

— Твои слова пробуждают тяжелые воспоминания, — заметил Ярк-ун. — Опасность для нашего господина.

— В самом деле. — Они умолкли, и Тассель продолжил свой рассказ.

— Итак, — произнес Ярк-ун, когда Тассель закончил, — это чудесно, что мы захватили Шазмак для хозяина. Но что нам делать теперь?

— Я тоже в растерянности, — признался другой гаршард.

— Мы нужны нашему господину, — заявил гаршард помоложе и пониже ростом. Это был альбинос с розовыми глазами. — Я чувствую, как ему тяжело.

— Но мы не можем пробраться к нему, Реббан! — воскликнула старая Квиссана возбужденно. Она сжала кулаки и ударила себя в грудь. — Что ему требуется от нас?

— Мы не знаем, — сказал Ярк-ун. — Мы просто не знаем.

— Мы даже не уверены, правильно ли поступили, придя сюда, — заметила молодая женщина с очень коротко остриженными волосами и безумным взглядом. — Правильно ли мы сделали, покинув Иггура? Может быть, мы должны были служить нашему истинному господину, служа Иггуру?

Последовала дискуссия, возобновлявшаяся каждый день с того момента, как они ворвались в Шазмак, и каждый день заканчивающаяся ничем: гаршардам не удавалось достичь единодушия.

Заговорил высокий гаршард со шрамом на лице.

— Мне бы хотелось еще раз послушать о пробуждении, — попросил он. — Жаль, что меня там не было.

Ярк-ун вздохнул:

— Иногда я сомневаюсь, следовало ли тебе идти с нами, Идлис. Расскажи еще раз, Реббан.

— Мы хорошо выполнили нашу работу, — начал Реббан, — в ту ночь в лесу возле города Нарна. Карана так испугалась, что начала передавать свои страхи, сама того не зная. Когда она попыталась установить контакт с Магретой, от Караны пошла столь мощная волна, что ее смог уловить хозяин в Ночной Стране — ах, какой великий момент! Мы все закричали в один голос: «О совершенный господин! Наконец-то! Наконец!»

Реббан рассказывал, подражая манере сказителя, точно передавал слова и интонации той ночи.

— А потом он позвал. Господин заговорил с нами впервые за тысячу лет.

— О верные слуги! — Теперь голос Реббана гремел, как орган. — Приближается перелом, и нужно так много сделать. Контакт слабеет… Вы помните, кто вы?

— Теперь мы вспомнили. Мы гаршарды, господин.

— У меня есть враг, гаршарды!

— Теперь мы знаем его.

— Мучайте его. Преследуйте его. Доведите до безумия. Созовите всех гаршардов, и, когда появится возможность, захватите это!

— Вот и все, — тяжело дыша, закончил Реббан и упал от напряжения и усталости. Его кожа пошла красными пятнами.

Глаза Идлиса увлажнились во время рассказа Реббана.

— Я плачу, несмотря на то что слышал голос господина уже много раз! — воскликнул он, склонив голову. — О совершенный господин!

— Мы воспользовались представившейся возможностью, но правильно ли мы поступили? — спросила Квиссана, которую раздражал фанатизм Идлиса.

— Не думаю, — ответила молодая женщина с коротко остриженной головой. — Зачем нужен хозяину Шазмак? Это нора, где легко спрятаться, но никак не крепость, из которой можно разить врагов. К тому же Шазмак расположен слишком далеко от других городов Сантенара. Господин не пожелал бы остаться тут и дрожать от страха, как трусливые аркимы.

— Есть несколько вещей, которые нам надо сделать, — заметил кто-то из гаршардов. — Во-первых, определить путь Тензора и его цель по магическому кристаллу. Во-вторых, нам нужно найти защиту от аркимского оружия, разрушающего мозг. В древние времена оно сильно навредило нашему господину. Не исключено, что мы можем потерпеть неудачу, но мы должны действовать решительно.

— Это нам по силам, — согласился Ярк-ун. — Давайте образуем круг и, объединив наши чувства, начнем работать с магическим кристаллом. Правда, боюсь, расстояние слишком уж большое.

— Есть еще одна вещь, — вмешался Идлис.

Гаршарды не обратили на него внимания: Идлис занимал среди них самое незначительное положение и, как известно, был фанатиком. Однако, после того как попытка с магическим кристаллом не увенчалась успехом, Ярк-ун решил его подбодрить.

— Что у тебя за идея? — обратился он к Идлису.

— Я думаю об этой женщине, Каране из Баннадора, которую я преследовал, — ответил Идлис. — Что с ней случилось?

— Я ничего не слышал о ней, — сказал Тассель.

— Она двоекровница, в ней соединилась кровь древней человеческой расы с кровью аркимов, — продолжал Идлис. — Вот каким образом мы смогли установить власть над ее разумом. Еще она чувствительница — ведь мы обнаружили Карану по ее снам. И она может вступать в мысленные контакты — именно так совершенный господин нашел нас. Мы должны использовать нашу власть над девушкой и заставить метнуть петлю контакта, чтобы мы могли еще раз поговорить с нашим хозяином. Это единственный способ выяснить, чего он от нас хочет.