Шанд проигнорировал эту ядовитую насмешку.

— Неудивительно, что тебя свергли уже второй раз за несколько недель, если ты так обращаешься со своими союзниками. Вообще-то я говорил Таллии, когда она была в Туллине пару месяцев тому назад и просила от твоего имени у меня помощи, что приеду в Туркад. И вот я здесь.

— Если ты пришел увещевать меня, то напрасно. Слишком поздно.

— Нет, я намерен просто поговорить — поделиться с тобой тем, что известно мне, и узнать что-нибудь у тебя. Или не узнать. Как тебе угодно.

Снова появился хлюн, неся на подносе маленький медный чайник, спиртовку и чашки. Поставив все это возле Шанда, он отступил в тень. Шанд зажег огонь и поставил чайник.

— Как тебе стало известно, что я здесь? — поинтересовался Мендарк, боязливо озираясь, словно был разглашен его секрет.

Шанд издал смешок:

— Я не выдаю свои источники. А куда еще ты мог отправиться без бота? — Теперь он был совсем не похож на того испуганного старика, каким был несколько дней тому назад.

— Очень хорошо, — вымолвил Мендарк. — Мне нужен твой совет. Вот какова вкратце ситуация. — И он поведал печальную историю о Тайном Совете, войне и своих собственных бедах. Шанд молча слушал.

Пламя загудело на ветру. Мендарк присел на корточки, ожидая, когда закипит чайник. Наконец вода забулькала, и он щедрой рукой швырнул туда водоросли. Когда чай настоялся, он налил себе и Шанду.

— Я не знаю, как быть, — резко произнес Мендарк. — Я не могу найти бот, а завтра хлюны собираются вышвырнуть нас на улицу. Шанд, я не знаю, куда кинуться.

Шанд сделал глоток и, найдя чай слишком горячим и крепким, осторожно поставил чашку на поднос. Он молчал. Всех этих бед можно было избежать, если бы он помог, когда Лиан просил его об этом в Туллине в начале зимы. Шанд догадывался, зачем всем нужно Арканское Зеркало. Он отказал Лиану не из-за апатии, усталости и бесплодности борьбы с превратностями судьбы. Нет, они, даже вместе взятые, значили для него меньше, чем пробуждение горьких воспоминаний, от которых Шанд спрятался в Туллине столетие тому назад.

— Интересно, не направился ли Тензор на север, — сказал он.

— На север? — рявкнул Мендарк. — Восток — вот где находятся остальные города аркимов.

— Будут ли аркимы рады тому, кто приносит только сражения и вероятность погибели? Нет, Тензор теперь отверженный, без чувства долга и чести. Что еще ты знаешь о Лиане?

— Какое это имеет отношение к моей проблеме? — удивился Мендарк.

— Сделай мне одолжение, — попросил Шанд. — Мы еще доберемся до тебя.

— Ну что же, он в один день зачеркнул все, что сделал хорошего в течение месяцев.

И Мендарк рассказал обо всех грехах и промахах Лиана.

— К несчастью, после Тайного Совета потерялась Карана, — сказал в заключение Мендарк. — Я мог бы ее использовать.

Не забыв о страхе Караны перед Мендарком, Шанд не стал вводить его в курс дела.

— Почему Лиан пошел с Тензором? — удивился он.

— Пошел с ним! Лиан ужасно его боялся, и не без оснований. — Мендарк поведал о выступлении Лиана против Тензора на суде в Шазмаке.

Шанд был изумлен:

— А в нем больше… чем я думал.

— Больше глупости! А теперь займемся более важным вопросом. Если Тензор все же направляется на север, то почему? И куда именно?

— Любое место подходит, если он задумал шутить с Ночной Страной.

— Я не могу обыскать полмира.

— Тогда ступай в Зиль, в Великую Библиотеку, и поговори с мудрецом Надирилом.

— Ты прав. Мне уже приходила эта мысль в голову. Где еще я найду то, что мне нужно? Кто лучше, чем Надирил, знает об этом? Я непременно поеду в Зиль — если только когда-нибудь отсюда выберусь.

Чай Мендарка остыл, пока они беседовали. Он выплеснул его и налил свежий. Прежний был цвета соломы, а этот — красный и очень крепкий. Он отпил, сделал гримасу, отхлебнул еще.

— Расскажи мне о Феламоре, — попросил Шанд. — Ее появление сильно меня беспокоит.

— Ее речь на Тайном Совете звучала очень правдиво, — начал Мендарк, глядя в чашку. Он рассказал Шанду о падении Шазмака и словах Феламоры относительно Зеркала: она утверждала, что в нем совсем нет силы, лишь секреты. — Я был абсолютно убежден в том, что все так и есть, как она говорила. Но Феламора — мастерица всех форм иллюзии. История о падении Шазмака оказалась ложью. Это она предала Шазмак, а не Карана. Я проверил детали обеих версий.

— Это Зеркало… Когда оно потерялось, я надеялся, что оно больше никогда не появится, — признался Шанд.

— Ты что-то знаешь о нем? — спросил заинтригованный Мендарк.

— Да, хотя и не собираюсь делиться своими знаниями с тобой, так что не трудись спрашивать.

— Другого я от тебя и не ожидал, — усмехнулся Мендарк. — Впрочем, сейчас не до того, Шанд, когда приходится клянчить убежище на этих вонючих причалах. — Он выглядел старым и измученным.

Шанд уставился на него немигающим взглядом. Немного помолчав, он спросил: