Шрифт:
– Ты же знаешь, он не преступник. Девлин никого не убивал. Его не было в Денвере… Мы только успели сойти с поезда… – Ламар будто и не слышал ее.
– Надеюсь, тебе нравится эта комната? – поинтересовался он, оглядываясь по сторонам. – Теперь она твоя.
– Ты не можешь держать меня здесь, если я не хочу этого! – крикнула Анджелика, сжав ладони; таким образом она пыталась вернуть самообладание. – Верни мне моего сына и отпусти мужа! Мы уедем и забудем о произошедшем.
Оруэлл рассмеялся.
– Ты так и осталась такой же восхитительно наивной, дорогая Анджелика. Наверное, это особенно привлекало меня… Нельзя было оставлять тебя в Вуд-Блафф надолго.
Ламар прошел к креслу у камина.
– Думаю, тебе понравится этот дом. Я позабочусь, чтобы тебе не пришлось испытывать одиночество. Конечно, мне трудно навещать вашу милость, пока отец моей жены не отошел в мир иной, – сейчас я не могу рисковать – но это случится уже скоро… Тогда я смогу делать все, что только захочу.
Оруэлл замолчал и смахнул с брюк невидимую пылинку.
– Ты имеешь в виду, чтобы я снова стала твоей любовницей? – испуганно прошептала женщина. – Но я же замужем!
– Моя дорогая, небольшая формальность – и ты вдова. Видишь ли, твоего мужа будут судить за убийство Александра Венизелоса, моего почтенного тестя. Его, без всякого сомнения, признают виновным и, естественно, повесят. И тогда мы оба с тобой обретем свободу. Очень скоро нам будет хорошо, как в старые добрые времена.
Анджелика бросилась на него в порыве ярости так внезапно, что это застало его врасплох. Она успела несколько раз ударить Ламара, прежде чем он сумел нанести мощный толчок, от которого женщина рухнула на пол. Когда мучитель приблизился к ней, Анджелика приподнялась на локти и приготовилась к сопротивлению.
Он наклонился, поглаживая поцарапанную щеку, и бросил на нее испепеляющий взгляд.
– Ты пожалеешь о сделанном, миссис Брениган! Ох, пожалеешь…
– Никогда! – отозвалась она дрожащим от ненависти голосом. – Я никогда не пожалею, а вот тебе уж точно придется плохо… Клянусь!
– Кажется, раньше ты вела себя более пристойно, дорогуша. Может, ты и была обыкновенной актрисой, но всегда умела притворяться настоящей леди. – Ламар решительно направился к выходу. – Вот во что ты превратилась, пожив в глуши с бандитом. В следующий раз я постараюсь напомнить тебе о правилах поведения в обществе.
Дверь захлопнулась. Анджелика услышала, как в замочной скважине повернулся ключ. Она легла на живот и горько разрыдалась.
– О, Ламар, ты еще пожалеешь об этом! Господи, помоги мне! Умоляю! Помоги…
ГЛАВА 44
Два, а может, и три дня никто не появлялся.
Девлин уже начинал подумывать, что его не собираются вешать или расстреливать. Они, скорее всего, решили заморить его голодом до смерти.
Кажется, наступил вечер, когда за дверью послышались какие-то звуки. Неожиданно камеру залил яркий поток света. Брениган встал, прищурился и закрыл глаза ладонью.
На пороге стоял какой-то человек.
– Вот… Принес тебе кое-что поесть, – услышал Девлин его голос.
Затем раздались звуки шагов по деревянному полу; послышалось, как поднос подсовывают под решетчатую дверь его камеры.
Не успел Брениган привыкнуть к свету, а человек уже ушел, хлопнув дверью и оставив его снова в темноте.
Запах пищи заполнил маленькое помещение, и у узника засосало под ложечкой. Он ощупью пробрался к железной решетке, нащупал рукой еду и начал есть, не обращая внимания на вкус. Девлин просто запихивал все в рот и запивал крепким кофе, тоже оказавшимся на подносе.
Покончив с обедо-завтрако-ужином, Брениган прислонился к стене и заставил себя поразмыслить. После нескольких дней, проведенных без пищи и воды в кромешной темноте, мучимый сомнениями о судьбе Анджелики и Робби Девлин почувствовал, как потихоньку начинает сходить с ума. Но он прекрасно знал, что не может позволить своему мозгу погрузиться в такой пленительный океан, как безумие. В следующий раз, лишь только откроется дверь, нужно быть наготове. Брениган должен придумать, как сбежать отсюда.
Сделав глубокий вдох, он приказал себе: «Сосредоточься! Если это не городская тюрьма, то можно спокойно держать пари, что люди, которые держат меня здесь, – вовсе не стражи порядка. Выходит, они – просто слуги Ламара, а весь «арест» – обыкновенный спектакль, сыгранный, чтобы ввести в заблуждение возможных свидетелей… Но почему меня не убили сразу? Зачем оставили в живых? Очевидно, я нужен Оруэллу».
Какова бы ни была причина, он благодарен за нее. Значит, у него есть немного времени. Может быть, удастся сбежать.