Девлин… Девлин в лачуге Джейка… Девлин, ухаживающий за ней во время болезни… Девлин в день их свадьбы… Девлин, ласкающий ее…

Воспоминания промелькнули и снова спрятались в потаенный уголок сердца женщины, где собраны все радости, подаренные жизнью.

Как давно это было, когда Корралл пришла к раненому наемному убийце, чтобы заключить с ним сделку в тот памятный день. Полтора года… Кажется, давно, но время пролетело незаметно.

Она услышала смех – смех Девлина и Робби – и повернулась в ту сторону. Ее взору предстало прекрасное зрелище.

Мальчик ехал верхом на коне, которого они купили у Джонсонов прошлой весной специально для пахоты. Маленькие ножки ребенка свешивались с широкого крупа лошади. Девлин сидел за ним, не поддерживая Робби и позволяя ему ехать самостоятельно, но готовый при первой же необходимости помочь малышу. Домино бежал рядом, высунув язык, отчего казалось, что пес улыбается.

– Мама, посмотри на меня!

– Вижу, Робби.

Брениган наклонился вперед.

– Хорошо, останавливайся, сынок… Просто медленно потяни на себя поводья… Вот так…

Карие глаза ребенка сверкнули от волнения, когда ему удалось остановить коня. Он победоносно взглянул на мать.

Анджелика захлопала в ладоши.

– Ты будешь таким же хорошим наездником, как и твой отец. – Она пошла им навстречу. – Ездишь уже лучше меня.

– Папа говорит то же самое.

Анджелика бросила на Девлина притворно-гневный взгляд. У него хватило ума изобразить из себя виноватого.

– Сынок, некоторые вещи должны оставаться только между нами, мужчинами, – тихонько прошептал Брениган на ухо Робби. – Тебе стоит запомнить это правило.

Миссис Брениган рассмеялась и возразила:

– А может, это тебе стоит поменьше болтать языком?

– Да, ты права, – ответил Девлин и, перекинув ногу, спешился, затем подхватил Робби, когда тот попытался повторить его маневр.

Анджелика провела ладонью по спутанным волосам мальчика.

– Сынок, займись Леди и ее щенками, пока не стемнело. Я оставила остатки еды на столе… И налей им воды.

Малыш мгновенно бросился выполнять задание матери. Домино помчался вслед за ним, как и раньше, когда был щенком.

«Как быстро растет мальчик», – подумала она и почувствовала, что Девлин обнял ее за талию и поцеловал. Анджелика склонила голову на бок, ощущая приятную дрожь в спине.

– А меня чем будешь потчевать? – прошептал Брениган ей на ухо. – Я ведь тоже проголодался.

– Может быть, у меня и есть что-то для тебя, – рассмеялась Анджелика. – Только это будет немного попозже.

Девлин выпрямился.

– Хорошо… А сейчас я займусь лошадью… Умоюсь потом.

Он уже пошел по своим делам, когда жена окликнула его.

– Дев?

– М-м-м? – промычал Брениган, оглядываясь.

– Так… Ничего… Пойду готовить ужин. Анджелика торопливо вошла в дом, чувствуя, что ведет себя глупо. Она так и не поняла, почему ее язык словно прилип к небу. В душе накопилось много чего, чем хотелось бы поделиться с мужем, но слова будто пропали.

Ведь хотелось сказать ему о своей радости от их совместной жизни, хотелось поговорить о доме, об их семье.

Так хотелось, чтобы Девлин понял ее, узнал, что ощутила она, когда влюбилась в него.

А самое главное – Анджелика осознала, что настоящий дом – это не бревенчатый сруб, поставленный на земле Вашингтона, а то место, которое нашлось для нее в сердце Девлина.

После того, как она уложила спать Робби в его комнате – той комнате, что пристроил ее муж прошлой весной, – в зал вошел Девлин и остановился на пороге их спальни. Брениган остановил взгляд на фигуре жены и почувствовал, как тепло разливается в его душе.

Анджелика сидела на стуле возле кровати. Она надела белоснежную ночную рубашку, которая покрывала ее с головы до ног.

Девлина почему-то поразило, как женщина, так благопристойно одетая, может выглядеть такой удивительно соблазнительной.

Она о чем-то задумалась, склонив голову, и машинально заплетала косу. «Как хорошо я знаю ее и понимаю, что хотела сказать мне Анджелика там, на улице… Но ведь я чувствую то же самое!.. Эта женщина изменила мою жизнь, – подумал Брениган, продолжая рассматривать свою жену. – Она так красива… И не только из-за выразительных зеленых глаз и роскошных каштановых волос… Анджелика прекрасна той красотой, что идет изнутри. Добрая, чистая, искренняя… Как ангел… Мой ангел!»