Уиллоу на это и рассчитывала. Она даже сама предполагала подойти к Захарию. Однако теперь, столкнувшись с действительностью, она нервничала и более, чем следовало, колебалась.

– Да, – твердо сказала она. – Я живу в доме отца.

– Я знаю, – сказал Захарий. – Я зайду за тобой в семь.

– В семь, – подтвердила Уиллоу дрожащим голосом.

Захарий поцеловал ее руку, бросил на закипающую Дафну торжествующий взгляд и вышел из ателье.

– Уиллоу Маршалл, ты просто дура! – прошипела Дафна, повернувшись к подруге, сложив на груди руки и сердито сверкнув сиреневыми глазами. – Гидеон будет в бешенстве!

– Именно этого я от него и хочу добиться, – сказала Уиллоу с напускным высокомерием. Потом она обратилась к портнихе, которая усиленно притворялась, что не заметила разыгранной в ее маленькой мастерской драмы. – Я беру платье.

Портниха была в восторге. Она поспешила за булавками и сантиметром, пока Уиллоу пошла переодеться в занавешенной кабинке. Дафна, бледная, с багряными пятнами на скулах, сопровождала ее, помогая расстегнуть пуговицы и прочие застежки.

– Ты представляешь себе, какую кашу заварила, Уиллоу? – спросила она злым шепотом. – Как и большинство братьев, Захарий с Гидеоном не слишком близки, знаешь ли…

– Какое это имеет отношение? – перебила ее Уиллоу, подняв подбородок.

– Уиллоу, они на ножах. Если ты доведешь свою игру до конца, кто-то пострадает или даже будет убит!

В памяти Уиллоу возникло видение: Гидеон снимает с полки в шкафу свой пояс с патронами в тот день, когда он застал прячущегося возле пруда Венсела Тадда. «Ты еще удивишься тому, за что я могу пристрелить человека, Зах», – сказал он тогда.

Уиллоу расправила плечи, совершенно открытые в бархатном темно-красном платье, и отбросила свои опасения. Несмотря на всю их непохожесть, Гидеон с Захарием братья. Она так любила Гидеона, что не представляла себе, что кто-то может причинить зло человеку, связанному с ним кровными узами.

– По-твоему, мне нужно заколоть волосы? – спросила она, подняв тяжелые пряди и разглядывая себя в темном зеркале примерочной. – Или попросить Марию завить их в колечки?

Дафна только вздохнула и покачала головой.

– Что ты хочешь сказать этим «она уже ушла»? – рявкнул Гидеон Маршалл, не обращая внимания на то, как испугал бедную Хильду.

Стоявшая на лестнице в доме судьи Галлахера Дафна храбро улыбнулась.

– Гидеон, не досаждай моей кузине. Она просто гостья в этом доме, так же как и я, и ничего не знает об интригах, касающихся остальных.

Гидеон по-рыцарски смирился, громко вздохнув. Хильда воспользовалась шансом и убежала на кухню, безопасность которой олицетворяла Мария.

Дафна глубоко вдохнула, держась за перила на случай, чтобы ураган его злости не сдул ее.

– Я пыталась убедить Уиллоу, – спокойно сказала она. – Правда. Но она так рассердилась на тебя за вчерашнее, что просто не хотела слушать.

Краска выступила на загорелом лице Гидеона.

– В чем ты пытаешься меня убедить, Дафна? – потребовал он ответа, вертя в руках начищенную шляпу с круглыми полями.

– Уиллоу пошла на танцы с Захарием, – призналась Дафна, тщательно произнося слова.

На этот раз побледнел он.

– Что? – прошептал он.

– Пожалуйста, не заставляй меня повторять! – взмолилась Дафна, не зная, подойти к нему или же отступить назад.

– Сукин сын! – прошипел Гидеон.

Дафна решила сохранять твердость. Она быстро сбежала по лестнице, подобрав длинные шелковые юбки.

– А чего ты ожидал, Гидеон, после того, как вел себя прошлым вечером?

– Прошлым вечером я вел себя вполне прилично, – проворчал он.

Дафна вспомнила помятую постель, которую видела утром, и то, как вспыхнули щеки Уиллоу, но удержалась от комментариев.

– Ты просил меня пойти на танцы с тобой, только чтобы позлить ее. Боюсь, что теперь она намерена позлить тебя.

– Посмотрим, – сказала Гидеон с гримасой. Потом он согнул в локте руку. – Похоже, у нас нет выбора и остается играть по правилам Уиллоу.

Дафна с беспокойством посмотрела на него:

– Знаешь, я полагаю, если ты будешь делать вид, что все еще любишь меня, то только осложнишь ситуацию.

– Делать вид? – мягко парировал Гидеон с улыбкой, подходящей для пикника. – Уверяю тебя, что мое влечение к тебе отнюдь не напускное, дорогая.

Дафна закатила глаза и нехотя спустилась по лестнице, беря его под руку.

– Гидеон, Гидеон, – укоризненно сказала она, и они направились на танцы.

Реакция горожан на платье Уиллоу и ее неожиданного сопровождающего была очевидна. Кроме того, принимая во внимание то, что ее всегда игнорировали и ею пренебрегали, эта реакция очень удовлетворила Уиллоу.