Дарин, с преувеличенным вниманием рассматривающий пергамент, ухмыльнулся и Тайя вспыхнула.

— Что смешного?!

— А что? — удивленно переспросил парень. — Я молчу. Фендуляр, скажи, я же молчу?!

Призрак посмотрел на девушку и развел руками.

— Молчит.

— Вот так-то. Молчу и думаю, кого бы изобразить на гербе гнома. И ни слова, заметь, не говорю о твоем женихе. Наоборот, радуюсь. Сын мастера по выделке пергамента, это, наверное, очень круто. И человек достойный. Мы все рады за тебя. Еще бы, такая партия! Не упусти.

Тайя закусила губу, сверкая глазами.

— На гербе… — задумчиво протянул Дадалион, не обращая внимания на разговор. — Грифона?

— Третий грифон за месяц? Это перебор. Я же говорю, у нас кризис идей! Может, единорога? — Дарин с надеждой посмотрел на призрака. — Фендуляр, как тебе?

— Только не это — отверг призрак. — Ни один гномишко не согласится иметь на гербе единорога.

— Точно. Да и феи… — Дадалион сдвинул брови, размышляя.

— Феи, — Дарин понимающе кивнул. — Совсем у меня из головы вылетело, что единорог — существо фей. Ладно, отменяется. Тогда думаем дальше. Давайте, давайте, шевелите мозгами! Тохта, тебя это тоже касается…

Он снова придвинул лист пергамента и принялся изучать набросок генеалогического древа для гнома.

— Смешно сказать, — рассеянно проговорил он, потянувшись за пером. — До того, как я попал сюда…

— Слушайте все, — насмешливым голосом объявила Тайя. — Сейчас нам снова будут рассказывать сказки про другой мир!

Дарин макнул перо в чернильницу и стал аккуратно вписывая в кружочки имена «предков» гнома.

— Я б на твоем месте поторопился к жениху, — многозначительно сказал он. — Имей в виду, будущие торговцы пергаментом на дороге не валяются.

— А я бы на твоем месте…

— Ладно, перестаньте, — примирительно сказал Дадалион, выбирая булочку. — Вечно у вас ругань.

Тайя притихла, сердито поглядывая в сторону Дарина, а он снова обмакнул перо и продолжил, как ни в чем ни бывало:

— До того, как я попал сюда, я совершенно иначе думал о феях, — он обвел кружок красными чернилами. — У нас-то там нет фей, нет магии и никаких волшебных существ… только в сказках.

— Что за мир?! — Фендуляр осуждающе покачал головой. — Как вы там живете? Небось, ни деревни спалить, ни…

— Нормальный мир, зря ты так, — Дарин улыбнулся своим мыслям. — Так вот, я думал, что феи — это добрые волшебницы, с прозрачными крылышками, в руках у них — волшебная палочка, они творят чудеса. Ну, там — фея-крестная, которая превращает тыкву в карету и все такое. По крайней мере, именно такими их в книжках рисовали. Ну, и в кино, опять же.

Дадалион не донес булочку до рта.

— Феи? Творят добро и чудеса? — недоверчиво переспросил он. — Кто тебе такую глупость сказал? Люди к Тисовой роще, где феи живут, и близко подойти боятся!

— Не надоело еще вам его слушать? — с досадой воскликнула Тайя.

— Не слушай, — хладнокровно ответил Дарин, забыв про железную выдержку и стальные нервы, которые бывают у настоящих мужчин. — А твой жених-то, между прочим, считает, что земля — плоская, вот так-то! Он недавно нас своим присутствием почтил и поделился со мной ценными географическими сведениями.

Девушка обогнула стол и встала напротив Дарина, уперев руки в бока.

— А какая она, по-твоему?! — сверкая глазами, осведомилась она.

— Вообще-то, круглая, — небрежно ответил Дарин. — Но, похоже, помощники торговцев пергамента об этом не догадываются.

Дадалион, Фендуляр и кобольд озадаченно переглянулись.

— Ладно, Дарин, — примирительно проговорил Дадалион. — Мы с тобой не спорим. Можешь считать ее круглой, но подумай сам — разве такое возможно?!

Тохта поморгал глазами.

— Как она может быть круглой? — вполголоса спросил он у призрака.

Фендуляр растерянно крякнул и развел руками.

— Слышали, что он мелет? — Тайя оглянулась на остальных. — Это же смешно!

Парень пожал плечами.

— Чего смешного? Научный факт…

— А твой другой мир — это тоже научный факт?

Дарин вздохнул.

— Вот насчет этого — не уверен. Главное, понять бы, как обратно попасть?

— Куда? Зачем? Дружище, смотри на это проще, — решительно вмешался в разговор Фендуляр. — Вот взять, к примеру, меня. Кто я? Ну, конечно, я — восьмой сын могущественного барона Патона Пика, но еще? Призрак! Призрак, задержавшийся на этом свете! И что? Да ничего! Сначала, конечно, как-то странно было, удивительно даже, а потом я привык! Привык, и мне понравилось. Так и ты. Кстати, призраки в вашем мире есть? — деловито поинтересовался он.