— Прощайте, господин драконид, — пробормотал он и вспомнив выражение Дарина, добавил: — Желаю, блин, процветания!

…Выщербленные каменные ступени вели вниз, в большую пещеру с низкими сводами, освещенную горевшими на стене факелами. Откуда-то сверху лился дневной свет, тусклый, слабый, будто солнечные лучи пробивались через пыльное оконное стекло. В конце пещеры виднелось два выхода, ведущие еще куда-то и там не было видно ничего, кроме сгустившейся тьмы.

Басиняда, благоразумно держась за спиной Дарина, осторожно выглянул из-за плеча хозяина.

— Господин… разве нам обязательно туда идти?

И поскольку «господин» ничего не ответил, верный раб продолжил:

— Пусть господин демон сам… а мы можем подождать его наверху. Не так ли?

Снова не дождавшись ответа, он тихонько вздохнул:

— И зачем я покинул дом с синими ставнями? Лучше уж господин Дадалион, чем…

Кехелус, шедший впереди, сначала замедлил шаг, а потом и вовсе остановился. Дарин тоже не стал торопиться: что-то подсказывало ему, что королева-самозванка, коварная сестра бывшего повелителя Волшебных земель, вряд ли могла ограничиться в качестве охраны одним-единственным драконидом.

— А, может, я пойду себе назад, а ты… — начал было отчаянно трусивший Басинда, но договорить не успел.

Посередине пещеры сам собой вспыхнуло пламя, ударила в лицо волна горячего воздуха, затем языки пламени опали, и все заволокло серым дымом.

Дым сгустился облаком, внутри которого вспыхивали и гасли быстрые молнии, и из этого сгустка грозы и тьмы на каменные плиты шагнуло новое действующее лицо: громадная тварь с головы до ног покрытая черной блестящей чешуей, крепко сжимая четырехпалой лапой костяной трезубец. Оглядев непрошеных гостей маленькими горящими глазками, существо переступило широкими когтистыми ступнями и повело головой, пробороздив витыми рогами низкий каменный потолок.

Басиянда тихонько пискнул от ужаса и вцепился в рубаху Дарина.

— Кто осмелился вторгнуться сюда? — проревело чудовище. Из его пасти, в несколько рядов усеянной острыми зубами, вырвались языки зеленого пламени. Путники поспешно отступили, лишь Кехелус продолжал стоять, скрестив руки на груди и спокойно разглядывая разъяренного монстра.

— Кто осмелился…

— Неплохо, неплохо, — проговорил, наконец, повелитель Волшебных земель. — Из всех твоих демонических сущностей, Фарклав, эта мне, пожалуй, нравится больше всего.

Демон поспешно опустил трезубец.

— Повелитель?

Кехелус помахал рукой, разгоняя дым.

Фарклав склонил голову в приветствии, затем подошел поближе и остановился напротив, опершись на трезубец.

— Владычица Волшебных земель, ваша сестра Маурбай велела нам неусыпно охранять этот грот, — пояснил демон, почесав когтем в спутанной гриве волос. — Мало ли кого сюда может занести: магическое существо, а то и кого-нибудь из смертных… люди, они такие пронырливые!

Он посмотрел на Кехелуса повнимательней.

— А вы, значит, теперь человек?

— Как видишь.

— Мои соболезнования. Слышал о неприятности, которая с вами приключилась.

— Благодарю, Фарклав. Я, признаться, не ожидал встретить тут своего военачальника, но в жизни чего только не увидишь!

— Это правда, — несколько двусмысленно отозвался Фарклав, поглядывая на собеседника. — Чего только не увидишь. Вот, к примеру, с вами люди. Разве это не удивительно: вы — и люди?! Желаете, я продемонстрирую им свой истинный облик? — демон несколько оживился.

— Нет уж, уволь, — отказался Кехелус. — Они, чего доброго, скончаются от страха, а один из них мне еще пригодится.

Фарклав не стал спорить.

— Как вам угодно. В таком случае, я, из уважения к вам, мой повелитель, тоже приму человеческий вид. Не возражаете?

— Не возражаю.

Облик рогатого существа задрожал и стал рассеиваться. Из каменнного пола поднялся столб черного густого дыма, а когда он рассеялся, напротив Кехелуса появился средних лет мужчина с курчавыми русыми волосы и большими голубыми глазами. Одет он был просто: сандалии на босу ногу, темные штаны да рубаха с кожаным нагрудником — примерно так одевались городские стражники в маленьких небогатых городках. Вид у «стражника» был скромным и безобидным — такой человек и мухи не обидит! Разве что костяной трезубец с острыми отточенными лезвиями, который он крепко сжимал в руке, слегка портил впечатление.

— Ну, как? — спросил демон. — Так лучше?

Кехелус кивнул.

— У тебятри лишние руки и слишком много чешуи, Фарклав. Но за исключением этого — все замечательно.

Фарклав поспешно ликвидировал все лишнее.

— Не часто доводится принимать человеческий облик, — оправдываясь, заметил он. — А если постоянно не упражняться, что-нибудь да упустишь!

— Я понимаю.

«Стражник» поправил нагрудник и оперся на трезубец.

— Я ожидал вас, мой повелитель, — заявил демон.

— Вот как?