Он опустил валик, повернулся к ней и усмехнулся.

— Буду работать за лимонад, — он взял высокий стакан с газировкой. — Нашел у тебя на кухне. Мне понравилось твое представление.

— Прости?

— Танец на ступеньках лестницы. Ты выглядела такой счастливой.

— Так и есть. Угол наклона, площадки, переходы. Инженерное чудо от Силлы Макгоуэн и Мэтта Брюстера.

— Я уже забыл, что ты умеешь так танцевать. Не видел, как ты танцуешь, с… Ты была еще подростком, когда я приехал на твой концерт в округе Колумбия. Помню, я пришел за кулисы. Ты была белая как мел.

— Страх сцены. Я ненавидела концерты. Я ненавидела выступления.

— Но ты только что проделала это.

— Станцевала? Нет, одно дело выступать, а другое дурачиться. Я валяла дурака. В отличие от тебя. Отличная работа. А ты сам? — Она подошла ближе, чтобы внимательно его осмотреть, — и, черт возьми, опять почувствовала запах мыла. — На тебе ни пятнышка.

— Многолетний опыт, от покраски школы до привычки Патти вечно все перекрашивать. Комната приобрела иные очертания, — добавил он. — Дверной проем расширился, и помещение будто бы увеличилось.

— Слишком?

— Нет, милая. Дома должны меняться, чтобы соответствовать новым людям, которые в них живут. И мне кажется, ты поймешь, если я скажу, что она по-прежнему здесь. Дженет все еще здесь, — он положил ладонь на плечо Силлы, и этот жест связал их. — И мои бабушка с дедушкой, и мой отец. Даже я сам маленький. То, что я вижу, — это возрождение.

— Хочешь взглянуть, куда ведет лестница? На мой чердак?

— С удовольствием.

Силла провела отца наверх, с удивлением замечая его интерес к ее замыслам и планам относительно кабинета. Она радовалась его одобрению. В каком-то смысле, подумала она, очень приятно показывать свою работу тому, кто готов ею восхищаться.

— Значит, ты продолжишь заниматься домами, — сказал он, когда они начали спускаться по неоконченной лестнице с чердака.

— Собираюсь. Буду реконструировать. Возможно, буду давать консультации. Все зависит от того, получу ли я лицензию на строительные работы. Я и без нее найду занятие, но с ней смогу гораздо больше.

— И как у тебя продвигается дело с лицензией?

— Завтра экзамен, — она подняла вверх обе руки со скрещенными пальцами.

— Завтра? Почему ты не готовишься? Это во мне говорит учитель.

— Я готовилась, можешь мне поверить. Всю голову сломала, сдала пробный экзамен в Интернете. Дважды, — она остановилась возле гостевой ванной. — Эта комната закончена — во второй раз.

— Это одна из тех, что разгромили?

— Да. Никаких следов, — сказала она и, присев на корточки, погладила пальцами новую плитку на полу. — Для меня это очень важно.

— Важно то, что ты не пострадала. Когда я думаю о том, что случилось со Стивом…

— У него все хорошо. Разговаривала с ним вчера. Физиотерапия помогает — возможно, потому, что физиотерапевт — хорошенькая девушка. Как ты думаешь, это мог сделать Хеннесси? — не выдержала она. — Способен ли он на такое, физически и по характеру?

— Что касается характера — не думаю. Хотя он никогда не переставал ненавидеть нашу семью, — Гэвин немного помолчал и вздохнул. — Я бы даже сказал, что теперь он ненавидит сильнее, чем тогда, когда это случилось. Физически? Довольно крепкая старая перечница.

— Я хочу поговорить с ним, чтобы все выяснить. Только еще не решила, как это лучше сделать. С другой стороны, если бы это был он, он должен был разъяриться еще больше оттого, что я не уехала. Но все тихо уже почти две недели. Хорошо бы, чтобы так оно оставалось.

— Он уезжал из города на несколько дней. Ездил вместе с женой в гости к своей сестре. Кажется, в Вермонт. Соседский мальчишка косит их газон, — объяснил Гэвин.

Очень удобно, подумала Силла.

Гэвин вновь принялся за работу, а Силла решила пока вынести свои инструменты на улицу и заняться наличниками.

Утром Силла подумала, что поступила глупо и недальновидно, отправив вчера вечером Форда домой. Она не хотела, чтобы ее отвлекали, пока она будет повторять материал к экзамену, а также собиралась лечь пораньше и проспать не меньше восьми часов.

Но вместо этого она постоянно думала об экзамене, слонялась по дому, пытаясь представить, как все будет происходить. Во сне она беспокойно ворочалась, и ей снились тревожные сны.

Утром она встала напряженной, раздраженной и наполовину больной. Она заставила себя прожевать половину рогалика, но вскоре пожалела об этом — даже он вызвал тяжесть в желудке.

Три раза проверив содержимое сумки, чтобы удостовериться, что там есть все, что ей может пригодиться, Силла вышла из дома на целых полчаса раньше — на случай, если она попадет в пробку или заблудится.