Шрифт:
– А если нет?
– Майк, в городе гибнут люди. Мы должны что-то делать.
– Да? И что вы от меня хотите? Чтобы я выбросил свой жетон? Вышел на улицу, взял ружье и пристрелил его?
– Нет, конечно, нет.
Да! Да! – тихо пискнул в глубине души испуганный внутренний голос.
– Я внимательно наблюдаю за ним, как и обещал. Но большего от меня не ждите. Я сотрудник полиции, а не разбойник с большой дороги.
Дуг понимал, что его бывший ученик нуждается в поддержке, но у него просто не было сил. Ведь в подобных случаях старший далеко не всегда оказывается мудрее. Вся эта ситуация пугала его не меньше, чем молодого полисмена.
Дуг понятия не имел, что можно предпринять.
Поэтому он просто кивнул.
– Большего я и не прошу.
– Ну мне пора продолжать работу. Толпа сегодня вечером просто бешеная.
– Да, конечно. Мне тоже пора. – Дуг собрался уже развернуться, но задержался и пристально взглянул парню в глаза. – Будь осторожен, Майк. Если он посылает письма твоей невесте, значит, он много про тебя знает.
Майк ничего не ответил и молча скрылся в толпе. Дуг так же молча отправился к своей машине.
На обратном пути он ехал медленно и осторожно, хотя предвкушаемая с утра выпивка так и не состоялась. Трасса оказалась совсем пустынной. Более того, ни в одном из окон расположенных вдоль дороги домов не было света.
Часы на приборной доске показывали половину десятого. Очень странно. Даже в обычную пятницу люди ложатся гораздо позже, не говоря уж о празднике. Складывалось ощущение, что они едут по городу-призраку. И несмотря на то, что в машине сидели и Триш, и Билли, Дуг опять почувствовал приступ страха.
Виллис стал другим.
Ни в субботу, ни в воскресенье почта не работала. В понедельник Дуг поехал в магазин и по дороге встретил почтальона, вынимающего корреспонденцию из почтового ящика. Джон Смит показался ему бледнее, чем обычно, и еще более худым, если такое вообще возможно.
«Может, он заболел? – не отказал себе в удовольствии подумать Дуг. – Может, он болен и скоро умрет?»
Но все это, разумеется, лишь мечты. Ничего такого и быть не может.
Почтальон, как всегда, улыбнулся и медленно помахал рукой проезжавшему мимо Дугу.
26
Билли яростно накручивал педали велосипеда; широкие, толстые шины, легко преодолевая корни и камни, прокладывали путь сквозь жидкий кустарник. Несколько недель назад они с Лейном подали заявку на участие в велокроссе, и хотя Билли всегда настраивал себя на победу; теперь это стало для него насущней необходимостью, а не просто желанием.
Правда, его мало интересовало, придет он к финишу первым или не придет, – главное, победить Лейна. Сурово его обыграть.
Он промчался мимо огромного валуна и, не тормозя, сделал максимально крутой поворот.
По опыту и мастерству они с Лейном были примерно равны, и Билли понимал, что только напряженные тренировки и полная самоотдача позволят ему победить бывшего друга.
Но он обязательно победит его.
Он заставит Лейна глотать дорожную пыль.
Билли катался, не выбирая направления, но постепенно обнаружил, что приближается к месту археологических раскопок у подножья холма. После размолвки с Лейном он тут не показывался, и не потому, что не хотел, – просто Лейн был более разговорчивым и, как правило, общался за двоих. Так что теперь Билли приближался к раскопкам, немного нервничая.
Он катил вниз по узкой долине. Впереди показалась промытая весенними ручьями канава.
Вздернув на себя руль, он перескочил через нее, велосипед тяжело приземлился на противоположном краю, но Билли удалось удержаться в седле.
Склон постепенно выравнивался, и мальчик притормозил, опасаясь напугать кого-нибудь своим внезапным появлением. Нырнув под деревья, растущие по периметру раскопок, он спрыгнул на землю и повел свою машину за руль.
Но внутри каменной ограды никого не было.
Лагерь обезлюдел.
Билли огляделся по сторонам. Профессор не собирался сворачивать летнюю практику как минимум до конца августа, но на этот раз он, видимо, передумал. Сначала Билли решил, что студенты просто устроили себе выходной и уехали купаться на какое-нибудь близлежащее озеро, но потом заметил, что все палатки исчезли, значит, они закончили работы и отправились домой. От экспедиции не осталось ничего, кроме нескольких торчащих из земли кольев и клочков бумаги, напоминающих обрывки конвертов.