Так или иначе, когда Напал умер, все его богатство по завещанию отошло Джейсону. В последующие шесть лет он сделал то, в чем пытался давно убедить Напала, – купил целую флотилию судов и в итоге многократно умножил первоначальное богатство.

Когда капитан замолк и, не шевельнувшись, устремил взгляд на огонь в камине, Виктория сказала:

– А потом он женился, так? Я узнала об этом случайно несколько дней назад.

– А, да, женился, – с гримасой отвращения подтвердил капитан, сходив за бутылкой и налив себе еще стакан. – Через пару лет после смерти Напала он стал одним из самых богатых купцов в Дели. Этим он завоевал сердце прекрасной, эгоистичной, легкомысленной, продажной особы по имени Мелисса. Ее отец – англичанин, жил в Дели и работал в государственном учреждении. Мелисса, конечно, была красотка – порода, стиль… У нее было все, но больше всего ей нужны были деньги. Она вышла за Джейсона именно из-за этого.

– Но почему Джейсон женился на ней? Майк Фаррел пожал плечами:

– Наверное, потому, что был моложе ее и в восторге от ее прелестей. А кроме того, у этой леди – это слово я использую в отношении ее весьма условно – была такая внешность, что любому мужчине казалось, что в ее объятиях он отогреется! Она продала Джейсону себя в обмен на все, что могла выжать из него. Он тоже дал ей немало – например, драгоценности, которыми не побрезговала бы и королева. Она взяла их и посмеялась над ним. У нее было прелестное лицо, но по какой-то причине, когда она издевалась над ним, то напоминала мне ту безумную ведьму с деревянной чашей, о которой я вам рассказал.

Перед мысленным взором Виктории возник образ Джейсона, дарящего Мелиссе жемчуг и сапфиры и молящего поцеловать его в знак благодарности. Видимо, с тех пор, решила она, Джейсон стал считать, что за любовь женщины полагается плата.

Подняв стакан, Майк отпил большой глоток.

– Мелисса оказалась шлюхой, которая занималась тем, что после свадьбы переходила из одной постели в другую. Не мудрено, что она упала в обморок, когда узнала, что Джейсон незаконнорожденный. Я был у них дома в Дели, когда появился герцог Атертон и потребовал свидания с сыном. Мелисса была вне себя от ярости, услышав, что Джейсон его побочный сын. Кажется, не в ее привычках было вступать в брак с такими людьми. Зато ей казалось вполне естественным отдаваться первому встречному, который зазывал ее к себе в постель. Вам не кажется, что это несколько странный этический кодекс?

– Весьма!

Капитан ухмыльнулся, а затем сказал:

– Если Джейсон и испытывал к ней что-нибудь вначале, то все испарилось, когда они поженились. Однако она подарила ему сына, и потому он смотрел сквозь пальцы на ее делишки. Честно говоря, не думаю, что она вообще его интересовала.

Виктория, впервые узнавшая, что у Джейсона есть сын, вскочила и устремила взор на капитана Фаррела. А тот спокойно продолжал:

– Джейсон обожал мальчика. Он повсюду брал его с собой. Он даже согласился вернуться сюда и истратил кучу денег на восстановление захиревших поместий Чарльза Филдинга, чтобы когда-нибудь Джейми мог унаследовать настоящее королевство, но все пошло прахом. Мелисса попыталась бежать со своим последним любовником и взяла с собой Джейми, рассчитывая получить впоследствии за него выкуп от Джейсона. Их корабль затонул во время шторма.

Капитан до боли сжал стакан в руке, а на его шее конвульсивно напряглись мышцы.

– Я первым узнал, что Мелисса забрала с собой Джейми. И это я сообщил ему, что сын погиб. Я плакал, – хрипло сказал Майк. – А Джейсон – нет. Даже тогда. Он просто не умеет плакать.

– Капитан Фаррел, – подавленно попросила Виктория, – мне хотелось бы уехать домой. Уже поздно, и Джейсон, возможно, беспокоится обо мне.

С лица капитана сбежала грусть, и он весело улыбнулся.

– Отличная мысль, – согласился он. – Но сначала я хочу кое-что сказать.

– Что?

– Не позволяйте Джейсону вводить в заблуждение вас или самого себя, что в супружестве ему нужен лишь сын. Я знаю его лучше, чем кого бы то ни было, и я видел, как он накануне Не сводил с вас глаз. Он уже почти по уши влюблен, хотя сомневаюсь, что это ему по душе.

– Не могу винить его за то, что ему не хочется влюбляться, – печально сказала Виктория. – Даже не представляю, как он пережил все случившееся и остался в здравом уме.

– Да, он силен духом, – согласился Майк. – Он, пожалуй, самый сильный человек, которого я когда-либо знал. И самый лучший. Научите его любить: в его сердце много нерастраченной любви. Но прежде всего ему придется научиться доверию. Как только вы завоюете его доверие, он положит к вашим ногам весь мир.

Виктория встала, ничего не видя от волнения.

– Отчего вы так уверены, что все получится именно так?

Голос моряка был тих, и глаза устремлены куда-то вдаль.

– Потому что я знавал давным-давно такую же девушку, как вы. В ней были ваша сердечность и ваше мужество. Она научила меня тому, что значит доверять, любить и быть любимым. У меня нет страха перед смертью, потому что я знаю, что она ждет меня за этой чертой. Большинство мужчин часто и легко влюбляются, но Джейсон в этом вопросе подобен мне. Он полюбит только раз, но это будет раз и навсегда.

Пока Виктория надевала свою все еще влажную одежду, капитан Фаррел подготовил ее коляску к выезду. Он помог ей забраться в экипаж, а сам оседлал своего коня. К этому времени ливень перешел в мелкий, нудный, моросящий дождь. Так, под дождем, в рано сгустившихся сумерках, они и добирались бок о бок до широкой дороги, ведущей к Уэйкфилду.

– Какой смысл вам провожать меня до самого дома? – спросила девушка, когда они выбрались на большую дорогу. – Здесь я уже не могу заблудиться.