С какой стороны ни посмотри, вера — это ярмо, которое человечество надело себе на шею. И носит его с упоением, презрительно или даже враждебно поглядывая на тех, кто отказался от такого «счастья». «Вы, атеисты, слишком узко мыслите, — не раз говорили мне. — Вам кажется, что мир устроен просто, как детский конструктор. А это не так». Слепцы! Мир устроен как раз намного сложнее, чем вы можете себе представить. Вам стоило задуматься хотя бы о том, сколько во Вселенной может быть обитаемых планет. И попытаться подсчитать, сколько Иисусов требуется распять ради торжества веры, если даже на Земле идеи христианства не разделяют миллиарды людей! Кстати, как, скажите на милость, должен выглядеть Иисус на планете каких-нибудь мыслящих раков?

Любая религия абсурдна, но переубедить верующего еще труднее, чем отучить наркомана от дозы. Конечно, не бывает неразрешимых проблем. Люди не рождаются религиозными, им обрабатывает мозги окружение. Заберите двухлетнего ребенка из семьи, воспитайте в духе материализма — и дело в шляпе. Будь его родители хоть самыми отъявленными сектантами, он сочтет их воззрения сном разума, а божественным книгам отведет на полке место между скандинавскими сагами и сказкой про Белоснежку. Но это слишком хлопотная затея. Цель не оправдает средств. Повсюду начнутся бунты, придется их подавлять, и я превращусь просто-напросто в одного из древних тиранов, устилавших свой путь трупами. А я ведь вовсе не тиран, верно? Да и какой смысл добиваться власти над людьми, если потом придется их уничтожать?

Поэтому надо поступить по-другому. Они хотят Бога? Будет им Бог — истинный, один-единственный на всю планету. Последнее чрезвычайно важно, потому что люди всегда с особым рвением уничтожали друг друга из-за каких-нибудь смешных нюансов в вопросах веры. При этом совершенно непонятно, из-за чего кровопролитие — ведь нет никаких доказательств существования ни христианского Бога, ни иудейского, ни Аллаха. Но Бог, которого изобрету я, — совсем другое дело. Доказательство его могущества будет у всех перед глазами: это я сам, которого он отличил и вознес, наделив сверхъестественными способностями. Нет Бога, кроме Бога, а Джонни (впрочем, не важно, какое окончательное имя я для себя изберу) — пророк его! Звучит? Еще как! К слову, я могу переплюнуть всех существовавших до меня пророков. Их ахиллесова пята — то, что они были смертны. А это, знаете ли, несколько подрывает веру: ну, отметил их всевышний своей печатью, а потом преспокойно умыл руки, наблюдая, как они сходят в могилу. Нехорошо! Зато я, если мой план полностью удастся, стану первым бессмертным пророком. В священных книгах описано немало чудес, но попробуй проверь, происходили ли они когда-нибудь в действительности! А вот когда чудо — безусловно, подлинное чудо — у всех на виду… Только одно это заставит обитателей подлунного мира обратиться ко мне и раскаяться в былых заблуждениях!»

Гарусов свесил руку с гамака и сорвал лист какого-то растения — сердцевидный, покрытый густыми фиолетовыми волосками. Чего только нет на этом крошечном острове! Поистине рай, как ни банально это звучит. Почему бы не сделать Вуд своей резиденцией? Отгрохать дворец — настоящий, а не ту пародию на него, которая тут возвышается — и вершить отсюда судьбы мира! А что, неплохая мысль. Чего он не видел в набитых людьми городах? Но сразу обосноваться здесь нельзя. Сначала надо будет уничтожить самые опасные виды оружия. Иначе какое-нибудь взбунтовавшееся ничтожество додумается ударить по островку баллистической ракетой или хотя бы послать авианосец, несущий на палубе крылатую смерть.

Сломать чудовищную милитаристскую машину будет нелегко. Однако прежде необходимо решить еще одну серьезную проблему. Кое-чего он уже добился, но это только начало. Хватит ли сил?

Чертов Клан! Эти чистоплюи возомнили невесть что. По мнению «кси», жить с человечеством под одним небом — почти то же, что обосноваться на скотном дворе. Они долго мечтали избавиться от неприятного соседства и, как только появилась возможность, подняли глаза к звездам.

Казалось бы, лучшего и придумать не могли! Пусть улетают к чертям собачьим и оставляют планету единственному, кто достоин ею владеть. Но не все так просто. Если даже безумный план удастся, то только через много-много лет. Все это время Гарусов не сможет осуществлять собственный план, потому что «кси» будут пытаться его уничтожить, как бешеную собаку. Они всегда ненавидели «суперов», и нередко им удавалось прикончить одного-другого. Сейчас это сделать непросто, но как только он заявит миру о своих притязаниях на власть и начнет действовать, милые собратья по «метке» его вычислят.

Впрочем, даст ли он себя поймать — еще вопрос. По крайней мере пока Гарусову все сходило с рук. Однако если «кси» сумеют достаточно быстро достучаться до небес… Не исключено, конечно, что Направляющие уже забыли о своих творениях. Но, научившись посылать сверхсветовые космические сигналы, те напомнят о себе, и интерес к ним возродится. Если не Направляющие (может, их давно уже нет), то другие разумные существа немедленно зашлют кого-нибудь на Землю, до этого считавшуюся варварской, не заслуживающей внимания планетой. Их агенты — наверняка толковые ребята, так что всех «кси» они вычислят в два счета. А когда «расшифруют» и Гарусова да узнают о его планах — непременно остановят. Он ведь сорняк на ниве эксперимента, побочный эффект. Ладно, если бы еще сидел и не высовывался, а то поди ж ты — захотел власти над миром! Поэтому его или банально ликвидируют, или сделают что-нибудь с мозгом, чтобы стал, как все. А если это «как все» для него еще хуже смерти?

Итак, Клан необходимо было извести под корень. И чем скорее, тем лучше.

Гарусов поднес лист к самым глазам — сам не зная для чего, словно пытаясь запомнить каждую жилку. А когда, налюбовавшись, выкинул его в траву, увидел вдалеке выходящего из своего коттеджа Ворохова.

Другой на его месте не придал бы этому никакого значения. Ну, собрался человек прогуляться, что тут такого? Однако Ворохов явно был не совсем простым «кси». С первых же минут знакомства у Гарусова создалось очень странное впечатление: ему показалось, что они с этим русским чем-то близки. Чуть ли не ровня! Еще один «супер»? Да нет, не «супер», это совершенно точно. В чем же тогда дело? Это, наверное, можно было бы выяснить еще в России. Но мешала подруга Ворохова — она все время увивалась рядом. Гарусов ненавидел «гасителей», даже таких симпатичных, как Марго. Он считал, что они посягают на его неотъемлемое право копаться в любом мозгу, носящем «метку». На право высшего существа!

Однако сейчас Ворохов был один. Более того, он направлялся в самый глухой уголок острова, где никто не жил. Поссорился с подругой? Или просто захотелось побыть одному? Да какая, в сущности, разница! Удачнее момента нельзя было себе представить. Если он дойдет до самого океана, а Марго осталась на другой половине «баранки» атолла…

Гарусов вскочил так резко, что чуть не запутался в гамаке. Торопливо натянул одежду, вбежал в коттедж, достал из укромного места небольшой приборчик, напоминающий сотовый телефон, и сунул его в карман. Затем, крадучись, последовал за русским.