Кто я? Кибер? Человек? При всей условности этого вопроса должен же быть и ответ на него?"

Дьондюранг подошел к столу и не спеша достал из ящика небольшую коробочку, обшитую коричневым ледром. Из нее вынул черную пластину с красным углублением в середине. Теперь стоит нажать на красное углубление, приложив пластину к груди, и все станет ясным. Если он человек - ничего не произойдет. А если биокибер - случится то, что давно уже должно было случиться.

И он нажал... Ларта - любовь - кибер, Ларта - любовь - кибер вспыхнуло несколько раз в сознании и затухло.

– Ну как?- спросил директор музея, дородный Мартин Реденблек.

Ларта болезненно улыбнулась.

– Я сказала ему, что он человек.

– Что с вами?- Реденблек удивленно смотрел на бледное лицо Ларты Варич.

– Не знаю. Мне кажется, мы не имели права... поступить с ним...

– Что, не имели права обмануть кибера? Хотите оставить это право исключительно для людей?

– Страшно...

– Что с вами?

– Не знаю...Давайте прекратим. Мне кажется, что случилось что-то страшное...

– Бросьте.

– Если бы вы видели его глаза в тот миг. Он был способен на все. Пойдемте! Вы сами объясните причину моего обмана. Мне он больше не поверит. Идемте! Я не могу одна... Он так похож на Ставича...

– На кого? А-а-а... Ваш муж был командиром "Цереры"... Моя жена не вспоминала б меня через столько лет... Или для этого нужно исчезнуть навечно?
– Мартин Реденблек засмеялся, но заметив, что Ларта плачет, резко оборвал неуместный смех.

Лицо Дьондюранга спокойно и строго, подобно маске. Он неподвижно лежал на каменном полу.

– Что вы ему сказали?
– Реденблек мрачно стоял над телом.

– Что он человек...

– Простите, но если б вам сказали, что вы кибер, неужели это заставило бы вас наложить на себя руки? Итак! Я глубоко убежден, что сам этот факт...

Ларта расплакалась неудержимо, как ребенок.