Им всем земных немало лет,

Их мудрость древняя, как свет.

Средь них любовь и пусть воспета

Была уж сотнями поэтов.

Честь, долг, презренье к суете,

Моя приверженность мечте.

Еще пергамент и папирус

К нам донесли писанья вирус,

И речь еще была скудна,

Но люд вкусил того вина,

Что мыслью и душою льется

И что поэзией зовется.

И если, весь объездя свет,

За темой гонится поэт,

То тенью будет тема эта

Бежать от гончего поэта.

А мне шуршанье кроны леса,

И дождь, что капает с навеса,

Шум волн, ласкающих песок,

Налитый солнцем колосок

Дают ту пищу, что прекрасней

Искать по свету -- труд напрасный. 1971

БЕГ

Свой честный хлеб я добывала

Простым и будничным трудом,

И жизнь меня не принуждала,

Но я металась и блуждала

И безотчетно все мечтала,

Чтоб душу высказать пером.

Природа властно разбудила,

Звеня, шумя, играя днем,

И я почувствовала силу,

И пыл душевный стал огнем.

Несмело, тихо прикоснулась

Я к лире трепетной рукой.

И песнь уснувшая проснулась,

И полноводною рекой

Вдруг полилась и затопила

Молчанья робкий, тихий брег.

Я не хочу, чтоб укротила,

Чтоб тиной русло обмелила

Жизнь этих волн бурлящих

б е г. 1970

ГАРМОНЬ

Вдохнув мехами, покатил

Напев гармони однорядной,

А гармонист что было сил

Старался, чтоб звучало складней.

Взметнутся звуки в гопаке,

Волной амурскою заплещут.

И будет видно вдалеке,

Как грани звезд им в такт заблещут.

И растворясь в ночном молчаньи,

В прощаньи повторившись эхом,

Взволнуют грустью и печалью

Или рассыплют дроби смеха.

Затерялась в лесу тропинка,

Заблудилась в лесу мечта,

И прозрачной слезой росинка

Умывала узор листа.

Песня ринулась в чащи путань,

Затерялась, заснула в ней,

Из шелков невесомых, напутанных

Сеть повесил паук меж ветвей.

Укрывались листком зеленым

Звезды красные ягод лесных,

И рябины стыдливо, влюбленно

Разрумянились в дев молодых.

Пожелтелых иголок ворох

Расшуршавил дорожную чернь.

Песня леса -- неумолчный шорох

С песней нашей слился в тот день. 1970

ПРОЗРЕНИЕ

Блестело металлическим рублем

и холодило озеро бесцветное,

но все же будет помниться о нем,

и не забыть с прощаньем это лето.

Уж не манило ласковой волной,

и ветер гнал тепло, летел за тучей,

но в это лето стала я другой,

не то чтобы умнее или лучше:

меня простою мудростью пленя,

вдруг покорил великий смысл познанья

вещей, природы и самой себя,

и рифмой облеклось то чудное признанье.

Хочу объять объятное сто раз

и все, что до сих пор не постижимо,

все то, что дарит влажность, нежность глаз,

чтоб не осталось чувств неизъяснимых.

Я жизнь хочу наполнить до краев

Напитком запахов, видений и мечтаний,

чтоб в сердце места не было моем

усталости и старости брюзжанью. 1970

ВОПРОС

Вот лето, уступив черед,

В дар осени себя приносит.

Вершится славный русский год -

Зимой, что чередует осень.

Как и до нас прилежно плыли,

Рекой плывут и дни, и годы.

Не спросим: "Сколько дней прожили.

Была ли в жизни непогода?"

А спросим: "Сколько жили лет" -

Не зим, не осеней на свете.

Не спросим: "Сколько было бед?"

А праздное: "Взрослеют дети!"

Но что-то бережет душа,

Что глаз сторонний не заметит.

Увидят сына-крепыша

И тут же с завистью решат,

Что мне судьбы фортуна светит.

Заметят новое пальто,

Но не заметят грусть во взоре,

Лишь скажут: "Что-то с ней не то:

То ль с матерью, толь с мужем в ссоре".

Моя печаль -- для всех хандра,